Значит, так ты мне оказал еще больше чести.
– Не думаю, что в этой сфере у меня много друзей. Может, разве что только несколько почитателей…
– Шутишь? Ты сделал невероятную карьеру. «Футура» фантастически успешна.
– Но мы только начинаем.
– Хорошо начать…
– …половина дела.
Мне нравится эта игра: мы иногда играли в нее еще тогда, когда только начинали работать вместе.
– А теперь я тебе предложу кое-какие идеи.
– Я рад.
– Но при условии, что ты их у меня забракуешь, как у любого другого.
– Если они неинтересные…
– Ну конечно!
– В противном случае мы ими воспользуемся, но заплатим мало, как любому другому.
Мариани смеется.
– Я согласен! Тебе понравился мой подарок?
– Очень…
Мариани смотрит на меня и поднимает бровь, словно он думает, что я не помню, что он мне подарил.
Я ему улыбаюсь.
– Ты меня проверяешь?
Он отпивает свой капучино и оценивает меня, пытаясь понять, блефую я или нет. Я сохраняю невозмутимость. Он вытирает рот и ставит чашку.
– Хорошо. Если я проиграю, ты заказываешь, что хочешь, а если нет, платишь ты.
– Хорошо. Тост и холодный капучино.
Мариани поднимает руку, и сразу же приходит Анна.
– Да, Энрико, слушаю.
– Еще один горячий капучино для меня, холодный капучино и тост.
Анна уходит.
– Но ты играешь наоборот, я мог бы сделать вид, что не знаю.
– Я знаю, что ты бы мне не солгал.
– Это правда. Он в зале, сразу у входа. Это картина Бальтюса. Она фантастическая.
Он не догадывается, что, когда я только бросил на нее взгляд, то сразу же подумал, что ее мне прислала Баби.
«Автору прекраснейшей истории, твоей. В настоящем больше нет времени для страданий прошлого».
– Ты ее помнишь…
– Ну конечно. Я даже пытался понять, что это значит!
– Ну ты и шутник…
Нам приносят тост и два капучино.
Энрико Мариани вынимает из кармана бумажник и платит.
– Спасибо, Анна, возьми и сдачу.
Мы начинаем молча прихлебывать каждый свой капучино.
– Итак… – Он застает меня врасплох. – То, что тогда произошло в театре Делле-Витторие, связало тебя с этой девушкой еще больше – настолько, что ты на ней женился.
– Да.
– И ты счастлив?
Все помешались на этом вопросе. Наконец-то мне кажется, что да. Думаю, я могу сказать ему это, не солгав.
– Да, очень.
– О, ну наконец-то хоть кто-то этого не стыдится! Похоже, здесь все боятся быть счастливыми.