Просто лёгкое общение, не обременённое никакими лишними думами или заморочками, потому что если не с ним, то с кем? Мама, братья, снохи, дети… я уже, прям, чувствую то выматывающее ожидание, которое очень скоро повиснет между нами. И подруги мне тут тоже не способны помочь, потому что не рассказать о приезде бывшего мужа (подробности о том, что лишь фигура речи мы опускаем), считалось преступлением.
Короче, у меня есть целый миллион причин сказать ""да"". В том числе и из-за того, что Никита мне нравился, чисто по-человечески, но упрямый язык несёт совсем другое:
-Никит, а я уже вышла.
…и думы думаю, дурацкие и никому не нужные.
-Понял, - ничуть не обидевшись, усмехается он. – Тогда как насчёт того, чтобы после всего заехать куда-нибудь выпить кофе?
-А потом я ребёнка из садика забираю…
-Могу поспособствовать.
-Никит… - с нотками паники прошу я его о чём-то неведомом.
-Оль, это просто дружеское предложение.
Интересно, а гиперактивного Крошика с его частыми обидами и переменами в настроении можно назвать приятной компанией?
Видимо, я мнусь, и Киреев добавляет нажима в голос:
-Так, Измайлова, отказы больше двух раз в неделю не принимаются.
-Сегодня же только понедельник, и это пока что первое предложение на этой неделе.
- А я о чём? Можно подумать, что я тебя не знаю.
Я неожиданно легко усмехнулась, чувствуя, как губы непроизвольно растягиваются в улыбке. Всё-таки Кирееву было не занимать очарования и, кажется, он прекрасно об этом догадывался.
-Ладно.
-Не слышу.
-Хорошо, говорю. Разрешаю заехать в кофейню, - про свои сложные отношения с кофе я умалчиваю, - а потом в садик за ребёнком.
-И я даже могу надеется на то… - тут он делает театральную паузу, отчего моё дыхание вдруг сбивается, - что ты позволишь мне довезти вас до дому?
Дурак, но это оказывается на удивление приятно.
-Даже, не знаю. Кроша ещё выгулять надо.
-Выгуляем.
И я соглашаюсь.