– Вот не понимаю я вас, – произнес Ханин, заложив руки за спину. – Ну решили вы вопрос самостоятельно, честь вам и хвала. Так зачем на меня это все вываливать?
– Во избежание, – прямо сказал я. – Понятия не имею, что теперь предпримет ваш сотрудник и где всплывут состряпанные им бумаги, просто знайте – из этого ничего не выгорит.
– Думаете, за этим стою я?
– Думаю, кто-нибудь из ваших коллег может попытаться воспользоваться оказией. Мне бы этого не хотелось.
– От моих коллег можно ожидать чего угодно, – недобро улыбнулся Ханин, – но этот вопрос мы закроем раз и навсегда.
"– Более чем достаточно, – уверил я собеседника.
– С паршивой овцой мы проведем разъяснительную работу, буде он объявится на работе. – Владимир Михайлович прищурился и остро глянул на меня: – Он объявится, как думаете?
– Понятия не имею, – развел я руками. – Меня куда больше волнует гражданин Мартыненко. Думаю, это реальный персонаж, и он может начать мутить воду.
– Мы не ваша служба безопасности, Вячеслав Владимирович, а Мартыненко не наш сотрудник.
– Разберусь, – кивнул я. – Но, надеюсь, для вас не составит труда поднять установочные данные на него?
– А как насчет увеличить отпуск пива?
Я вздохнул.
– Если бы вы знали, чего мне стоит продолжать сотрудничество с вами, вы бы мне благодарственное письмо выписали и медаль вручили.
Ханин кисло глянул в ответ и пообещал:
– Хорошо, я кого-нибудь пришлю с документами. Сегодня во второй половине дня устроит?
– Премного благодарен! – Я поднялся из-за стола, пожал собеседнику руку и предложил: – Заходите как-нибудь, пивом угощу.
– Предпочитаю кофе, – покачал головой Ханин.
Мы распрощались, я вышел в бар, забрал ключи от машины и поднялся на площадь. Там уселся за руль «буханки», вытер выступившую на лбу испарину и с облегчением перевел дух. Синицын проблемой быть перестал, более того – впервые за последние дни забрезжил свет в конце тоннеля. И это не могло не радовать.
Я повернул ключ в замке зажигания и поехал домой.
– Будь добр, как унесешь вниз кеги, загони машину в сарай.
– Сделаю, – кивнул помощник и отправился на задний двор.
Я встал за стойку. Вскоре Иван вернулся с покрасневшим от перетаскивания тяжестей лицом, снял куртку, хрустнул позвонками, расправляя плечи.
– Нормальная такая разминка получилась!
– Молодец, возьми с полки пирожок, – усмехнулся я.