И говорю ему: «Итак, у меня для вас две новости: хорошая и плохая. Начну с плохой. Вот этими клещами мне придется вырвать вам ногти – либо на руках, либо на ногах. Мне очень жаль, но так решено за нас с вами, и тут уже ничего не изменишь». С этими словами я достаю из портфеля и показываю огромные страшные клещи. Не торопясь показываю, чтобы все хорошо рассмотрели. А потом добавляю: «Хорошая же новость – в том, что вам предоставляется свобода выбора, где именно будут вырваны ваши ногти – на руках или на ногах. Для этого выбора у вас есть десять секунд.
Цкуру молча вгляделся в осунувшееся лицо бывшего друга.
– Наша свобода – всегда в наших руках, – добавил Красный и подмигнул: – Вот в чем вся соль этой истории…
Серебристая дверь лифта беззвучно отъехала в сторону, и на этом они расстались.
12
Через несколько часов после встречи с Красным Цкуру вернулся в Токио и к семи вечера был уже дома.
Он прождал, не ложась, до одиннадцати, но Сара так и не позвонила. Звонок от нее раздался только на следующий день, когда он обедал в корпоративной столовой.
– Ну как Нагоя? – спросила она. – Сделал все, что хотел?
Он встал из-за столика и вышел в коридор, где было спокойней и тише. И в двух словах рассказал ей, как посещал автосалон Синего и офис Красного.
– Хорошо, что мы поговорили, – подытожил он. – Кажется, я понемногу начал понимать, что к чему.
– Ну и отлично, – сказала Сара. – Значит, не зря съездил.
– Готов поболтать с тобой об этом, если захочешь…
– Погоди минутку, загляну в расписание.
Она молчала секунд пятнадцать. Все это время Цкуру разглядывал за окном небоскребы Синдзюку. Небо закрыли плотные тучи, пахло дождем.
– Послезавтра вечером я свободна. А ты? – спросила Сара.