– Их много и они голодные.
– Я сильно ранил одного из них, – Дарвейн пожал плечами, скрывая раздражение в голосе, – сомневаюсь, что он выжил.
– Тем более. Остальные будут мстить за него.
Лэр выдохнул, чувствуя, как вместе с воздухом из легких улетучивается хорошее настроение. Этот разговор начинал раздражать.
– Встанешь в дозор первым, – сказал он, как отрезал, – и будешь молить Эрга, чтобы я забыл о том, что ты сделал.
Развернувшись, Дарвейн направился к костру, где темнела закутанная в шкуры одинокая женская фигурка.
– Ох, не принесет эта девка добра, – тихо пробормотал Бергмэ, следя за ним взглядом. – Надо было отдать ее Эргу.
***
Эсмиль молча наблюдала за вечерней суетой. Она устроилась на попоне поближе к огню, пытаясь согреть озябшие руки, а в голове крутились безрадостные мысли. Этот суровый край действовал на нее угнетающе, и скрывать эмоции с каждым днем становилось все труднее. Прошлое казалось далеким сном, будущее представало серым и беспросветным, и впервые за все это время она почувствовала насколько устала.
– О чем задумалась, красавица? – рядом с ней присел раскрасневшийся от мороза Берр. – Сегодня будешь спать как настоящая квинна, – он кивнул в сторону палаток, рядом с которыми возились его товарищи. – Лэр даже светильник приказал тебе выделить и воды нагреть для омовения.
Девушка равнодушно пожала плечами. Она услышала скрип снега под приближающимися шагами и каким-то шестым чувством поняла, что это Дарвейн.
– Эм-м, ну это… – Берр замялся, поднимаясь на ноги, – пойду, гляну, чего там…
– Устала? – раздался тихий голос Дарвейна, и сам он опустился рядом с девушкой на освободившееся место. – Немного уже осталось. Всего один переход.
– Расскажи мне о том месте, куда ты меня везешь, – неожиданно попросила Эсмиль, продолжая смотреть на огонь.
– Увидишь, – Дарвейн спрятал улыбку, – это суровый, но очень красивый край. Тебе понравится, квинна.
Она бросила на него быстрый взгляд, то тут же опустила ресницы.
– Мой замок стоит на скале над самым морем. Его обдувают все ветра, но мощные стены и башни защищают от непогоды. Ему уже пятьсот лет, – продолжал говорить данганар, устремив глаза вдаль. – Я не был там пять лет.