Скандал

Но она была любимицей мужа, и пустота, образовавшаяся после ее смерти, оказалась для него невыносимой. Он начал терять рассудок. Случилось так, что одна из наших юных родственниц в это же время осиротела. Ее тоже звали Магдаленой. И мы взяли ее к себе. Она спасла рассудок моего мужа. Разумеется, никто не может заменить ему настоящую дочь, но малышка Магдалена, живущая с нами, большое утешение для него.

– Да, но у вас же есть общий сын, – заметил Кристер. Тула оглянулась на него. Что это, язвительная нотка в его голосе?

– Да, конечно, у нас есть наш малыш, – сказала фру Бакман.

 – Но мой муж был исключительно привязан к дочери.

Действительно, в лице Кристера явная ирония. Тула, знавшая своего сына и боявшаяся неосторожного выпада с его стороны, быстро произнесла:

– Трагическая история, фру Бакман. Очень жаль, что мой сын вчера затронул такие чувствительные струны вашей семьи, это было ужасно тяжело для вас.

– Ну что вы, я понимаю его недоумение, – сказала дама и поднялась.

Тула неискренне предложила чашечку кофе, но та отказалась: ей предстоит долгое возвращение в Линчепинг, а уже поздно.

Кроме того, ее муж не знает об этом визите, он ужасно расстроен…

Хозяева с облегчением вздохнули, когда она ушла.

– Ну, это все объясняет, – сказал Томас.

– Разве? – воинственно возразил Кристер. – Все объясняет?

– Кристер прав, – изрекла Тула. – Тут дело нечисто. Ее объяснения не объясняют ничего.

– Да, ничего, – сказал Кристер. – Чтобы Бакман горевал о дочери? Об этом не может быть и речи! Магдалена говорила, что он никогда не смотрел в ее сторону.

Злился на нее, что она не родилась мальчиком. И что когда родился ее брат, отец стал замечать только его. Магдалена вовсе не существовала для коммерции советника! Уверен, что именно он послал сюда свою жену!

– Цель этого визита очевидна: заткнуть рот Кристеру, – заявила Тула. – Думаю, разумнее всего прикинуться, что мы проглотили эту грубую наживку. И как она обрадовалась, что мы уезжаем! На край света, – по ее представлениям, Норвегия именно там.

Теперь они оставят нас в покое. Одному Богу известно, что бы они иначе задумали!

Кристер содрогнулся. Ледяные глаза четы Бакманов могли предвещать все, что угодно.

– Отец, помнишь, я рассказывал тебе про Сашу? Про то, что вчера вечером, когда Бакманы прошли мимо меня, они сказали, что должны расквитаться с собакой. Что от нее теперь больше вреда, чем пользы. Это очень таинственно, правда?

– Да. Кажется, у нее не возникло подозрений, что Саша здесь.