Смотреть во влажные глаза Федора и пытаться вырвать из его пальцев свою руку, можно было бесконечно, но хорошо, что в кармане брюк зазвонил телефон.
— Извини, нужно ответить, — сказала как можно мягче, улыбнулась. — Ты проверь, пожалуйста, все ли закупили для вечернего банкета, и свяжись с аниматорами, ведущие должны прийти раньше.
Вздохнула с облегчением, отошла в сторону, глядя на себя в большое зеркало, поправила волосы, оглядела фигуру. Даже показалось, что я стала стройнее, широкие темно-терракотовые брюки, ботильоны на невысоком каблуке, черный свободный свитер под горло, немного косметики.
— Доброе утро, Тамара, — ответила на звонок.
— Подруга, как настроение?
— Все хорошо, рассказала Федору, что мы закрываемся, звал на «Анну Каренину», пытался утешить."
"— Он интересная личность, там столько всего, хоть докторскую пиши. Его маман была актрисой в свое время, блистала в нашем драматическом, до сорока пяти лет все играла Джульетту.
Тамара была за рулем, послышался истошный автомобильный сигнал и отборный мат.
— Женька, ты там?
— Да. Ну, что там с мамой Федора?
— Ой, да потом расскажу. Как здоровье-то твое? Записала тебя к доктору — светило гинекологии, золотые руки у мужика.
— Прямо золотые?
— Он ими творит чудеса.
— В контексте его специфики звучит пошло.
— Ты ничего не понимаешь, у него частная клиника, очередь на полгода вперед.
— Импотент?
— Что ты, работает все прекрасно.
— Ты спала с ним?
— Нет, с нужными и полезными людьми спать нельзя. Долго я с ним работала, нашли первопричину, он… вообще, это врачебная тайна, я не должна рассказывать.
— Ты уже почти все рассказал.
— Забудь, завтра идем на прием в десять утра, будь готова. И кстати, я узнала, где офис Дымова, нашего лже-электрика, что заделал ребенка, скоро наведаемся. Да куда ты опять-то прешь, бедовый? Нацепят номера с тремя единицами, затонируют как катафалк и прут.
Тамара отключалась. Гинеколог — это хорошо, сама я когда еще дойду, а идти надо. А вот визит к олигарху — идея плохая.