Марлон медленно поднял голову. Я ещё никогда не видел у него такого взгляда. Черты его лица постепенно разгладились.
– Правильное решение, чувак, – сказал он и ткнул меня в плечо, но ради разнообразия не больно.
Марлон, топая, поднимался по лестнице, а Анна, слабо улыбаясь, качала головой. На её лице тоже читалось облегчение.
– Ты точно уверен?
– Точно, – ответил я и ещё раз обнял её. Я пообещал Мелоди, что скоро покажу ей колибри на горных лугах Гранд-Титона, и попрощался, чтобы поехать с Холли обратно.
Холли болтала не меньше, чем по пути в город, но в этот раз от радости:"
"– Ха-ха, так смешно вышло… Они хотели показать мне Санди и попытались подманить её орехами, но Санди, к сожалению, так и не появилась.
Я рассмеялся:
– Не волнуйся, я никому не расскажу.
– Они даже сказали… – Холли покраснела как помидор, – …что подумают, не удочерить ли меня. Они такие орешковые! И ещё я им сказала, чтобы позвонили на всякий случай мистеру Крампу и поговорили с ним.
– Это просто чудесно, Холли! – обрадовался я от всей души. – Сильверы очень милые.
– Похоже на то, – согласился Тео, и его морщинистое лицо расплылось в улыбке. Он сообразил, о чём идёт речь, но я знал, что он никому ничего не расскажет. Тео всё ещё пытался искупить свою большую ошибку – то, что раньше снабжал Миллинга информацией.
Когда мы приехали в школу, было уже поздно, и первый этаж, где находились классные комнаты, выглядел заброшенным, как медвежья берлога зимой. Мы с Холли пошли к учительской… И тут мне в нос ударил странный запах.
Краска. Причём свежая.
Я молча протянул руку, чтобы остановить Холли. Она вопросительно посмотрела на меня, и я кивнул на коридор. Мы крадучись двинулись дальше и обнаружили перепуганную Лу, которая с красками и кистью в руках стояла перед одной из картин миссис Паркер.
– Так-так, – сказал я с усмешкой, и, как всегда при виде Лу, сердце у меня учащённо забилось. – Хорошая идея. Смотри только, чтобы миссис Паркер не вернулась с прогулки в обличье мопса и не застукала тебя.
От ответной улыбки Лу мои колени стали ватными.
– Когда она греет себе в кухне молоко, это означает, что больше она не будет выходить на улицу: она пьёт его перед сном.