В каждом срезе дерна вбиты деревянные колышки, чтобы при обстреле не стряхивало в сторону дерн.
Трогаемся с места, подходим к кустам. В кустах, параллельно первой траншее, тянется запасная. Она не глубокая, всего покален. С отсыпанной землей в обе стороны, будет по пояс. Но отрыта она не вручную лопатами, а специальной роторной траншейной машиной. Прикосновения лопаты нигде не видно. На всем протяжении и вправо и влево она одинакова, ровна и гладка. Видны лишь следы вращающегося ротора.
– Вот это да! – восклицают солдаты и молча посматривают на командира полка.
– Траншеи на фронте машинами роют!
– Сколько же нужно минут, чтобы километр пройти?
– Тыр-пыр и траншея готова!
– Она как человек шагом идет. Им от Балтики до Черного моря прокопать, что плюнуть!
– Могут! Могут!
– А толку что? Траншеи машиной роют, а драпают каждый раз.
– Я бы в такую траншею садиться не стал. Траншея должна быть зигзагами. А это что? В одном конце сядешь, а с другого на тебя ротный смотрит.
Мы переходим через траншею.
– Смотреть противно! Такая канава нам ни к чему!
– Ладно, заткнись! Разговорились как бабы! – обрывает всех командир отделения. Командир полка молча смотрит на своих солдат. Редко приходится слышать ему солдатский говор. Своего просвещенного мнения он вслух не говорит. Махнул рукой неопределенно вперед, давая понять, что надо двигаться.
Мы снова идем один за другим, раздвигая кусты. Мы лезем через какие-то канавы и овраги. Теперь у нас под ногами проселочная дорога.
Мы ждали, что вот-вот наткнемся на укрепленную и занятую противником линию обороны. Но случилось нечто такое, что немцы все бросили и неизвестно куда отошли. Наша задача теперь догонять их спокойно. Видно где-то соседи ударили и отрезали немцам пути отступления.
– Ноги чавой-то не идут!
– Брюхо, наверно, отвисло и отяжелело! – переговариваются меж собой солдаты.
Мы останавливаемся на привал.
Вперед посылают стрелковую роту. Мы сходим с дороги, садимся на бровку, закрываем глаза и ждем, когда подойдут наши обозы.
Я поднялся с земли сел в повозку к нашему старшине и завалился спать. Походная колонна медленно подвигалась вперед по дороге. Повозки то ускоряли свой бег, то ползли еле-еле, то совсем останавливались и собирались в толкучку.