– Разрешите, товарищ гвардии капитан, в танках трофеи проверить! – услышал я сзади себя загробный голос кого-то из разведчиков. Кто-то вызвался, не долго думая, отправиться туда. Эта мысль вернула меня к тишине и к действительности.
– Да! Да! – подхватили остальные.
– Подходящий момент, товарищ капитан!"
"– А то потом будет поздно! Может, фрица живого добудем!
– Не торопись! – прохрипел я. Может, наши дадут еще один залп! Мне ваши трупы не нужны! Мне нужны живые люди, а не бутылки со шнапсом. Через час разрешу.
– Ясно! – отозвался кто-то.
Густые облака дыма и языки пламени плясали над танками.
– Там пехота теперь по танкам шарит. – протянул кто-то.
– Какая пехота? Ее теперь за шоссе ищи!
– Так танки горят! Все ценные вещи огнем испортит!
Я оглянулся вправо. Посмотрел быстро туда, где только что стояли два «Фердинанда». По ним залп не давали, а их и след простыл.
Немцы на танках теперь научились пятиться задом. Увидели реактивный залп, и – задом, задом, да и в кусты! Вот бы нам сейчас пару таких воротил! – подумал я.
– Разрешите, товарищ гвардии капитан! Залпа больше не будет!
– Ладно, черт с вами и вашими трофеями! Идите! Отпускаю пять человек!
Когда примерно через час обратно вернулся сержант Сенченков, на роже его было выражение неудовольствия.
– Ты чего хмурый такой?
– А что, товарищ гвардии капитан! Просили вас сразу отпустить? Пришли к танкам, а там пехота и эти, из противотанкового дивизиона.
– Как же они прошли туда? Я все время стоял здесь, на передней позиции.
– Они кругом ползком обошли нас. Вот как обидно! На ногах трое суток, пленного взяли – без медалей и трофеев! Даже выпить нечего от такого огорчения! У старшины резервов нет, и теперь придется жить на сухую. А у ребят от такой неудачи душа болит. Хоть бы грамм по двести на брата – немного разговеться!
– Не надо так сильно переживать.
– Остались двое. Хотели еще в одном танке пошарить. Надежд никаких. Я сам все танки обшарил. Вот, кроме нескольких пачек сигарет ничего не нашли.
– Ну ладно, пойдем на ящики в ельник, а то скоро стемнеет.
Мы повернулись и пошли. По дороге нас нагнали те, оставленные двое.
– Ящик шнапса! Где взяли? – спросил, обернувшись к ним, Сенченков.