Молодёжь уже и так возилась со своими зверями, но я добивался, чтобы команда прошла от шамана.
Почему? Да потому что власть-то я мог сейчас захватить, не вопрос. Но откуда брать опыт и понимание ситуации?
Мне нужен был Ичин — на моей стороне и в добром здравии. И одобрение моих приказов, пока не разберусь, что тут и как.
— А ты?! — спросил Темир, подъезжая ко мне на своём сером.
Вполне бодром после вчерашнего.
— Я побегу напрямик! Вам надо перехватить колдуна и задержать его!
— Надо предупредить воинов, что караулят на вершине Теке, — сказал Ичин, прищурившись и вглядываясь в заросли кедра на вершине горы.
Потом повернулся ко мне. Свистом подозвал своего волка, набросил ему на шею кожаную упряжь, затянул под брюхом, приладил мягкое войлочное седло.
— Садись! — велел он. — Гиреш — добрый зверь. Вряд ли ты сможешь биться на нём, но этого и не нужно, если вы успеете, пока дракон на земле!
Матёрый волчара Ичина по кличке Гиреш, словно бы понял: уставился на меня и губу приподнял. Но шаман тихо заговорил с ним, и зверь успокоился.
Руку Шасти я вручил Ичину:
— Береги её! Мы будем биться и за неё — тоже! Если отец желает ей добра и сдастся…
— Нет! — выкрикнула вдруг девушка. — Не верь ему! Он никогда никого не любил, кроме своей проклятой власти!
Гиреш, понимая, что всадник — дуб дубом, сам начал разбег. Два прыжка — и он взмахнул могучими крыльями, готовясь взлететь.
— Не верь! — крикнула мне вслед Шасти.
Я услышал, конечно.
Ветер в лицо, мощные бока с очень жёсткой шерстью… Удар крыльями!"
"Зверь сделал последний разгонный прыжок и рванулся в небо. Инерция швырнула меня, и я вцепился в его ошейник, вжался в густую шерсть.
Ещё удар крыльями!..
Земля стремительно уходила из-под ног. Крылья Гиреша словно бы росли не за его, а за моей спиной, так мы срослись в едином движении.
Блииин! Я лечу! Хотя бы ради этого уже стоило очнуться в чужом мире.
Гиреш зарычал, набирая скорость и обгоняя таких же осёдланных сородичей с всадниками на спинах.
В отличие от хозяина, волк не потерял уверенности вожака. Он первым выбрал курс, остальные звери потянулись за ним. Клином, словно журавлиная стая.
Наверное, в этом мире погибшие воины превращаются не в журавлей, а в летящий по небу серый волчий клин.
Я обернулся и начал считать волков. Их было девять.