Переждать, отсидеться, пока воины терия Вердена натешатся и насытят свою природу.
Но стариков не бросишь и с собой не потащишь. Да и малых детей тоже.
Ну и меня Майа отказалась оставить. Я выяснил, что лет ей было уже под сорок — что много для этих мест. Она не боялась, что воины позарятся на её прелести.
А смерть тут, как я понял, вообще презирают. Боятся только духов и богов.
Майа сказала Ойгону, что если верхние духи позволят, она выходит меня. Ведь неизвестно, что стало с её младшим сыном, Каем. Может, и он лежит сейчас такой же израненный.
Братья не нашли, что ей возразить. А меня тащить в горы было пока очень проблематично.
Меч хоть и не задел сердце, дырку оставил порядочную. Шаманка предупредила, что если снова откроется кровотечение, дороги мне не вынести.
Какое-то время в деревне было шумно, потом всё стихло.
И вдруг в нашем аиле потемнело — вход загородила здоровенная туша воина.
Доспехи на нём были уже поинтереснее, чем на мародёрах, — с нашитыми на кожу железными бляшками.
Воин ввалился внутрь, но светлее не стало. Следом вошли ещё двое в похожих доспехах, а за ними третий — без доспеха, в длинном плаще.
Это был колдун, чего мы и опасались. Он мог не поверить в мою легенду и чего-нибудь там прозреть.
Колдовство имело иную природу, чем камлание, так объяснила шаманка. Конечно, здешние духи не станут помогать чужакам по доброй воле, но у колдунов есть свои способы узнать правду.
— Ты кто такой? — рявкнул воин, заметив меня.
Он был, видимо, главным в отряде. По крайней мере, бляшка с драконом украшала только его грудь.
— Это мой сын! — в аил тенью скользнула Майа. — Медведь изодрал его, и он лежит уже много дней!
Я помотал головой: уйди! От всадников просто разило опасностью.
— Медведь? — удивился колдун. — А может, твой сын воевал против нашего уважаемого правителя?
Лицо Майи перекосилось — для неё терий Верден не был «нашим уважаемым правителем».
— Мой сын давно уже не встаёт с постели! — отрезала Майа.
Губы её дрожали. Ей хотелось сказать, что смог бы я воевать — так и воевал бы. И башку бы отрубил этому «уважаемому правителю». И на могилу пару раз плюнул.
— Что видишь? — Воин обернулся к колдуну.
— Что вся эта деревня — одно змеиное гнездо! — отозвался тот раздражённо.