Тяжёлые гобелены, мраморные колонны, позолоченные детали — всё это подавляло своим величием и показывало, насколько я ничтожная мошка по сравнению с власть имущими.
Принц молча вёл меня дальше по коридорам, а я следовала за ним безмолвной тенью. Мне страшно не хотелось ввязываться во всё это, но я понимала, что ослушаться принца — значит навлечь беду не только на себя, но и на маму с Катрин.
А вот Лукаша мне было совершенно не жаль.
— Три дня, — прошипел он, увидев, как из-за угла неторопливо выходит единственный дракон в королевстве.
— Вы же сказали пять!
— Дерзишь? — прорычал он, но тут же осклабился, — Дэйгон, дружище, смотри кого я привёл?
Лицо господина Россэра посерело от гнева, а пальцы мгновенно сжались в кулаки, но он сдержался. Я видела, каких усилий ему стоило скрывать бушующие чувства и приветственно склонить голову перед наследником престола.
— Что здесь делает мисс Блейни?
— Кто? — иронично выгнул бровь Его Высочество. — Ах, ты про Бель?
С меня хватит. Попрошу Катрин больше никогда меня так не называть, а то стошнит.
— Да, — холодно процедил сквозь зубы Дэйгон. — Про Исабель.
А вот с его губ моё имя звучало чертовски соблазнительно, рождая где-то в глубине души нечто волшебное, трепещущее. Я неловко переминалась с ноги на ногу, неистово желая спрятаться за спину господина Россэра.
— Отчим едва не поколотил бедняжку, — с наигранным сочувствием ответил принц. — Если бы не моё вмешательство, милое личико твоей помощницы украсили бы некрасивые синяки.
— Благодарю за помощь, — ещё раз склонил голову дракон.
Ловко оттеснив меня от наследника престола, Дэйгон перехватил моё запястье и потащил за собой на выход. Шагал так быстро, что мне приходилось торопливо семенить, придерживая свободной рукой истрёпанный подол.
Остановившись у большого экипажа, он рывком распахнул дверцу и оглушающе рявкнул:
— Залезай! Живо!
Глава 39
Напуганная внезапной переменой в его настроении, я юркнула в тёмный салон, задёрнула шторы и вжалась в самый дальний угол, надеясь слиться с обивкой сидения.
Дэйгон на мгновение заслонил вход своей мощной, широкоплечей фигурой, погрузив меня в абсолютную темноту и нагоняя жути. С силой хлопнул дверцей и так саданул ладонью о перегородку, что та едва не треснула.
От громкого, резкого звука, я испуганно пискнула и спрятала лицо в ладонях. Точно так же бил по стенам отчим, когда буйствовал из-за того, что мама не успела погладить его рубашку или слегка пересолила суп.