Подхожу к крошечному окошку и выглядываю наружу. Всё, что я могу видеть, — это край башни, скалистый обрыв и полоску моря под ним. Сейчас должна проплыть лодка Бэйла. И верно, как обычно, я точно рассчитал время. Несколько мгновений я вижу лодку, а потом она исчезает из виду.
И что он там говорил про Адриану? Неужели это правда? Загадочная девушка всю дорогу не давала мне покоя, а судьба дочери Ивара мне была вовсе не безразлична. То, что он сказал мне тогда, в последний вечер, этого я никогда не забуду.
Ивар… Что же ты натворил, друг мой…
Бэйл всколыхнул во мне чувства, которые мне казалось, давно уже умерли, истёрлись в памяти и почти истлели, но теперь они все тут, точно такие же яркие, как были изначально.
Сколько раз я крутил в голове слова Ивара, сколько думал о них за эти месяцы. Что, если всё это правда? Что, если он сам погубил свою жену, прекрасную Элис, чудесную, полную жизни Элис…
В груди что-то больно сжимается от одного воспоминания о ней.
Она не заслужила этого. Я поднимаю голову и обращаюсь неизвестно к кому, то ли к драконьему богу, то ли к давно забытым божествам прошлого, о которых мне рассказывали учителя.
Если только я когда-нибудь выберусь, я найду его детей, найду и позабочусь о них.
Но я не выберусь. О том, что я здесь, никто не знает. Так же, как никто не знает, кто я такой. Не нужно тешить себя глупыми надеждами…
На следующее утро Бэйл не появляется.
Я жду его, не смыкая глаз почти всю ночь, но его нет. Я провожу весь день в одиночестве, и, на моё счастье, идёт дождь, так что я могу выставить руки в окно и набрать дождевых капель.
К ночи меня буквально вышибает. Я засыпаю, как убитый, и всю ночь меня терзают страшные сны, где перемешано моё прошлое, моё настоящее и возможное будущее.
Следующий день я снова провожу в одиночестве и уже не могу встать с кровати ослабленный из за обезвоживания и голода.
А на следующее утро я просыпаюсь от того, что внешняя дверь с лязгом открывается.