Скиф-Эллин

28

Киликийские Ворота — это каньон, пробитый речушкой между гор. Глубина ее сейчас мне по пояс, а ширина максимальная — метров десять. Дно каменистое. Течение очень быстрое. В общем, типичная горная речушка. Длиной каньон километров семьдесят. Не знаю, сколько веков потребовалось речушке, чтобы образовать такой проход в горах, но, думаю, что очень много, судя по двухкилометровой в некоторых местах высоте склонов, поросших кустами и соснами. По большей части склоны крутые, иногда почти отвесные, без специального снаряжения не заберешься.

Чаще всего именно в таких местах каньон сужается метров до десяти-двадцати. Разместив в таком месте на склонах по сотне лучников и метателей камней, можно надолго задержать любую армию, в том числе и македонскую, а если отважных парней наберется пара тысяч, то и уничтожить значительную часть оккупантов и заставить уцелевших убраться восвояси.

Эта мысль пришла мне в голову еще в предыдущую эпоху. Поскольку в то время данная территория была частью хеттской державы, моя армия прошла здесь без проблем.

Сейчас это часть Державы Ахеменидов, пусть и с довольно широкой автономией. Поскольку мой отряд двигался во главе корпуса Пармениона, который в свою очередь был передовой частью македонского войска, я опасался оказаться в засаде. Надеялся только на то, что нас не тронут, чтобы не спугнуть основную часть войска, и тогда Скифской иле придется возвращаться домой кружным путем по вражеской территории.

Мы без происшествий проскочили каньон за два дня, армия вышла только на третий, а обоз тащился четыре дня.

Персы не сочли нужным устроить засаду. Точнее, проход охраняла многочисленная стража, которая чухнула, узнав о нашем приближении. Может быть, сыграло роль то, что во время осады Митилены умер Мемнон. Из малоазийских сатрапий словно бы вырезали желание сопротивляться. Никто не хотел умирать за Ахеменидов. Разве что некоторые сатрапы пытались изображать сопротивление, как это делал киликийский Арзам, приказавший разрушить и сжечь Тарс, столицу своей сатрапии. Горожане тут же позвали на помощь Александра Македонского, который приказал Пармениону ускоренным шагом идти к городу.

Тарс располагался на правом берегу реки Кидн километрах в двадцати от ее впадения в Средиземное море. Мощные стены восьмиметровой высоты и башни двенадцатиметровой служили хорошей основой для защиты города. При надежном гарнизоне и поддержке жителей захватить город было бы непросто.