Фокс с достаточной прытью отступил за порог кабинета и прикрыл за собой дверь.
Попробовав наудачу открыть еще одну дверь на другой стороне коридора, Фокс попал в средних размеров комнату, где все стены были заставлены ветхими деревянными шкафами с картотекой и увешаны полками с бухгалтерскими книгами. К одному из таких томов подшивала бумаги молодая женщина с веснушками и на удивление стройными ножками; пожилой мужчина, который запросто мог оказаться братом-близнецом старого вахтера со слезящимися глазами, клевал носом за столом.
Фокс вежливо сказал им, что он детектив, и двинулся дальше. Ему пришлось вторгнуться еще в четыре кабинета, открыть и закрыть пять дверей, прежде чем он нашел женщину, которую искал. Она сидела за пишущей машинкой, в которую не была даже заправлена бумага, и смотрела на Фокса испуганно и враждебно; краснота вокруг ее припухших глаз и вздернутого носика заставила Фокса задуматься, скорбит ли она по Тингли или из-за чего-то переживает.
– Доброе утро, – улыбнулся он и добавил сочувственно: – Вы плакали.
Бердина Пильт, в течение шестнадцати лет скрывавшая неприязнь к прозвищу «мой клерк» вместо «мой секретарь», шмыгнула носом, поднесла к лицу платок и от души в него высморкалась без малейших признаков стеснения.
– Я занята! – решительно заявила она.
– Еще бы! В подобных обстоятельствах очень помогает заняться текущими делами, – согласился Фокс, подтягивая к себе стул."
"С Бердиной он провел полчаса, но почти ничего полезного из нее не вытянул, хотя и показывал записку, которой его вооружила Эми Дункан.
Мисс Пильт призналась, что восхищается Эми, хотя та и не задержалась на фабрике, но ее независимость и храбрость были достойны уважения, не говоря уже о великодушной поддержке, оказанной попавшей в беду работнице. Тем не менее мисс Пильт упорно отказывалась помочь следствию. Позиция ее была прочна и неколебима: закуток помощницы отделен от кабинета босса двумя стенками и коридором. Не имея привычки подслушивать чужие разговоры, она ровным счетом ничего не знает о частных делах Тингли, чего бы те ни касались – бизнеса или личной жизни.
Заинтересовать мисс Пильт построением догадок насчет ситуации с Филом, приемным сыном убитого, Фоксу также не удалось. Не стала она ни обсуждать тему вражды, которую кто-то мог объявить Эми Дункан и которая объяснила бы желание убийцы заполучить отпечатки пальцев девушки на ручке, ни делиться соображениями о вероятной связи между убийством и историей с хинином.
