В его взгляде читалась растерянность старого пса, потерявшего хозяина. Плечи поникли, морщины на лице стали глубже. За один вечер он словно постарел на десять лет.
Я устало потёр виски. Завтра предстоит много дел, а сейчас нужно решить вопрос с верным слугой деда.
— План всё тот же, — потянулся, чувствуя, как хрустнули позвонки. — Моя клятва крови никуда не делась. Верну земли и таинственный рудник, — улыбнулся, глядя на то, как напряглось лицо Жоры. — Сделаю так, чтобы о Магинских заговорили. Остальное по мелочи: уничтожить Требуховых и Зубаровых.
— Вам нужны жёны и дети, — подметил Жора.
— Не поверишь, сейчас как раз об этом думаю, — усмехнулся я, наблюдая, как дёрнулся уголок его рта. — Но не будем торопиться.
Следующие полчаса я слушал, как изливает душу человек, привыкший прятать эмоции за маской бесстрастности. Его голос дрожал, пальцы нервно дёргались. Вся жизнь была посвящена служению, и вдруг опора исчезла. Деда больше нет в особняке.
"Слуга провёл свой ритуал клятвы крови с какой-то особой торжественностью. В глазах его блестели слёзы благодарности, ведь новый глава не бросил род Магинских. Кстати, старик предусмотрительно снял с Георгия свою клятву.
Я успокоил Жору, как мог, избегая слов «всё будет хорошо». Сам понимаю, что впереди много крови и проблем.
За разговором сон как рукой сняло. Я спустился на кухню, где какой-то слуга так испугался моего появления, что подавился куском хлеба. Уселся рядом с ним.
«Алхимики — проверить. Близнецы — выяснить результаты визита к Запашному. Дрозд — спросить про вылазку. Разобраться с некромантом и его куклой — кто они, на кого работают. Зубаровы и их долг. Запашный… Найти девушку из простолюдинок для давления на ставленника императора. Рудник с кристаллами. Дуэль с Михаилом. И предложение Требуховых…»
Внезапно в окне заметил Ольгу. Поздновато она. Девушка что-то оживлённо обсуждала с Витасом, размахивая руками.
Я пожал плечами. Значит, начнём с алхимиков. Хотя в халате на голое тело выгляжу не слишком презентабельно для разгуливания по территории.
— Ты доедай! — сказал я, когда встал. Слуга испуганно замер с ложкой у рта.
— Господин? — он судорожно сглотнул.
— Ешь, говорю, — кивнул на кастрюлю, в которой на дне ещё оставалась картошка. — Я никому не скажу.
Вышел на улицу, где царил организованный хаос.