Она приложила ухо, слушая, как бьется его сердце.
— Ты где? — тихо спросила Алекс.
Чейз заговорил словно одурманенный:
— Здесь. На письменном столе. Лежу под тобой.
— Нет, я имела в виду, где ты бываешь в самом конце. Ты всегда в самом конце вдруг куда-то исчезаешь. Я не знаю, где и с кем ты находишься в тот момент, но только не со мной.
Он погладил ее по волосам.
— Не уверен, что понял тебя.
— Я вообще-то тоже.
Она подтянула рукава вверх, на плечи, торопясь быстрее уйти. Если он может исчезать в какие-то неведомые дали, то она тоже способна на это.
— Это случилось в последний раз. Я не могу быть твоей любовницей, или как ты там это называешь.
— А я не могу предложить тебе ничего другого.
— Даже и не мечтала, что предложишь.
Ложь! Она мечтала об этом еще до того, как узнала его имя, и продолжала мечтать всего лишь пять минут назад.
Глупость невообразимая!
А все потому, что ему суждено быть герцогом.
Такие девушки, как Алекс — наполовину американка, на четверть испанка, на четверть островитянка, круглая сирота, католичка, простолюдинка, — не становятся герцогинями.
Таких, как Алекс, одноклассницы даже не приглашают к себе домой на каникулы.
Такие, как Алекс, получают слишком мало, работают слишком много"
"Глава 29
Чейз сидел за столом с бокалом бренди и просматривал письма, которые пришли от директоров лучших в Англии школ для девочек.
Каждый приглашал поступать именно в его школу Обещание мистера Рейно сделать щедрые взносы творило чудеса.
Он терялся: по каким критериям выбрать школу? Может, ту, где преподают академическую философию? Или ту, которая популярна среди благородных семейств? А может, ту, что расположена ближе к Лондону или к поместью Бельвуа?
Чейз прочитал все письма не по одному разу — ему стало понятно, в чем заключаются его трудности.
От размышлений его отвлек звук шагов, доносившихся с лестницы. Он оглянулся и увидел скользнувшую мимо двери кабинета фигуру, закутанную в белое и со струящимися за спиной черными волосами.
Входная дверь отворилась и захлопнулась через мгновение. Либо это Александра выбежала из дома, либо привидение.
Но Чейз в привидения не верил.
Он встал и двинулся следом, миновал холл, открыл дверь и вышел в прохладу ночи.
— Алекс? — Чейз огляделся по сторонам. Ему никто не ответил. Он позвал громче: — Александра!
— Я здесь.
Голос донесся из сквера в центре площади.