Хотелось вернуться в ванную и запереться там, скрыться от похотливого взгляда, которым прошелся по мне Серый. Тимур, шедший позади, шикнул на брюнета, а меня подтолкнул к двери. Наплевав на усталость, юркнула в нее и добралась до кровати, где спряталась под одеяло. Тело все еще переживало момент позора. Щеголять обнаженной перед Тимуром я уже привыкла, а вот перед совсем незнакомым и опасным человеком – неуютно.
Блондин зашел чуть погодя, что-то тихо сказав Серому. Дверь закрылась со стуком, а шагов Тимура я не слышала, как и не чувствовала его приближения.
Матрас прогнулся под тяжестью мужского тела. Сильные руки притянули меня, закутанную с головой в одеяло, к крепкой груди. Напряженно прислушиваясь, пыталась дышать через раз, чтобы наваждение опять не накрыло."
"Да и Тимур, кажется, собирался просто спать. Но я все же была начеку, готовая дать отпор, пока тело пресытилось. Правда, должно нести боевую вахту, вздрагивая от каждого шороха, я не смогла – усталость сморила.
Когда я очнулась, была глубокая ночь и темень, хоть глаз выколи. Проснулась от жары и духоты. Блондин был горячим, как печь, еще и с удобствами на мне расположился, вдавливая своим весом в матрас. Выбравшись из-под Тимура, с трудом скинула его ногу с бедра, так, чтобы не потревожить его сон. Прихватила и ненужное для него одеяло, в которое была закутана только я. Замотала его вокруг груди.
На носочках прошла к еле различимому окну, выглядывая на улицу.
Я ведь мечтала встретить своего мужчину, за которого выйду замуж, нарожаю детей. Исполню мечту матери – создам крепкую здоровую семью. А вот не получилось. Не создам. Никогда. Зато теперь и моя жизнь стоит под вопросом. Только сейчас поняла, как противоречит сам себе блондин.
Смогу ли вернуться к нормальной жизни, где можно будет задуматься о будущем и о детях? Кто преследует нас, какие спецы, что им надо от меня? Я же обычный архивариус в городском архиве. Мне мало что известно, да и о Тимуре ничегошеньки не знаю.