Наверное, не стоит так уж бояться встречаться именно с полицией. Они же должны понять мою ситуацию? Или я все себе это придумываю, и угроза надо мной нависла именно такая, какой ее рисует Тимур.
Как же печально, что я так и не встретила своего мужчину, который меня защитил бы, оберегал. Неужели я недостойна этого? Чем я хуже многих? Чем? Почему именно меня выбрал этот сумасшедший доктор?
Слезы задрожали на ресницах. Зажмурилась, стирая их с лица. Нет, определенно, меня кто-то проклял. Так не бывает, чтобы столько бед и на меня одну.
Открыла глаза, глядя на запотевший отпечаток моего дыхания на стекле. Провела по нему рукой, стирая, и неожиданно внизу на улице под раскидистой пихтой заметила огонек от зажигалки. Он осветил сигарету и тонкие губы, скривленные в знакомой ухмылке. Серый!
Испуганно отшатнулась от окна и взвизгнула, когда врезалась во что-то большое и горячее.
Крепкие руки тут же поймали в капкан, с силой прижимая к груди Тимура.
– Чего испугалась? – шепот зашевелил волосы на макушке.
С облегчением расслабилась в знакомых объятиях, не зная, признаваться блондину или нет. Но наябедничать на Весельчака хотелось до жути, и женская вредность неожиданно проснулась, раскрывая мне рот:
– Он пугает меня. Он так смотрит, что страшно становится.
– Кто? – не понял мой лепет Тимур, подходя вместе со мной к окну. Я выглянула, всматриваясь во тьму, туда, где видела свет огонька зажигалки.
– Там под деревом стоял Серый твой, – прошептала, придерживая сползающее одеяло у груди.
Тимур постоял еще несколько секунд, проверяя, а потом подтолкнул меня к кровати.
– Спать ложись. Я с ним поговорил. Он тебя и пальцем не тронет, – заверил блондин, настойчиво возвращая меня на кровать. – Зачем одеяло отобрала? Без него холодно.
– Ты сам раскутался, – стала оправдываться, забираясь на кровать.
Тимур лег следом, отбирая одеяло.