Против восьми «эрликонов» и броня вашего бронетранспортера что папиросная бумага. Сожрут и не подавятся. Потери большие будут с неизвестным результатом, – в конце монолога пояснил Вечерний.
– А если подъехать на трофейной технике и с ходу ударить? – поинтересовался Батя.
– Было уже такое в сорок втором. Группа майора Лесина, используя трофейную бронетехнику и форму, внезапным ударом захватила аэродром и с помощью подобранных по пути летчиков смогла подняться и перелететь через линию фронта. Как вы понимаете, немцам это тоже известно, так что меры противодействия приняты на ВСЕХ аэродромах.
– Вы забыли рассказать о понесенных потерях, – напомнил я капитану.
– Половина группы погибла. Больше десяти человек, а ведь это были высококлассные специалисты, – подтвердил Вечерний.
– Но по мнению многих, это того стоило, – сказал я и пояснил для остальных: – Они захватили в плен генерала с важными сведениями по наступлению и даже смогли все это переправить через фронт. Наш полк тогда обеспечивал прикрытие этого района, и мы чуть не сбили этот транспортник.
– Предложений, как я понимаю, пока не будет? – поинтересовался полковник.
– Аэродром отпадает. Если там все, как описал товарищ капитан, то шансов на захват мало, – подтвердил я. – Если только аэродром подскока попадется, но они ближе к фронту дислоцируются. А до него еще о-го-го. Да и истребители там в основном.
– Готовят, свинку закололи, товарищ подполковник, – вежливо ответил Вечерний.
– Хорошо. Шашлычок или так, в котле?
– Все будет, товарищ подполковник, – улыбнулся капитан.
Мы продолжили обсуждать наши дальнейшие шаги, и кроме как идти своим ходом, ничего придумано не было. Технику по-любому придется бросать, но зато людей у нас прибавилось, и не простых бойцов, а тех, кто чувствовал себя в тылу у противника как рыба в воде. Опасаться стоило только карательных отрядов и ягд-команд.
– Выходим завтра, а пока проработаем план движения и определим общее командование.
Мне тут делать было нечего, поэтому, испросив разрешения, я вышел на ночной двор, вдыхая больше запах жаренной на вертеле туши свиньи, чем свежий воздух.
– Товарищ подполковник, разрешите поговорить с вами лично? – раздался сзади голос Вечернего.
– Говорите.