– Если ещё жив, то там? – указал в сторону закрытой двери техник, сидевший на корточках у входа в медбокс. – Первым в капсулу залезть хотел, вот мы его и…
В данный момент диверсанты уже добрались до рубки управления транспорта и пытались её вскрыть, чтобы попасть внутрь, я же решил попробовать тот же прием, что и с захватом других кораблей.
Пройдя в указанное техником помещение, я обнаружил, что это медсклад, а на полу заметил окровавленного обнажённого мужчину. Тот ещё дышал, но был откровенно плох. Прикрыв дверь, я быстро подошёл к нему и, наклонившись, сунул ему в рот капсулу.
– Ах ты, чёрт, сработал его имплант от ядов и химии, – пробормотал я. До этого мне такие импланты не попадались, а тут попался.
– Ладно, чёрт с ним, придётся так искины сломать, – пробормотал я.
В это время поднялась тревога, искин обнаружил, что капитан умер.
Вместе с персоналом за борт были выдворены и члены команды. Почти сразу я остался один, все, кто оказался со мной на территории станции, побежали к медсекции, некоторые – к лётным палубам, надеясь успеть на те корабли, что ещё не покинули станцию.
"Оставшись один, я хмыкнул и, запрыгнув на пассажирскую платформу, активировал управление и покатил в сторону лётной палубы. Саму «Ламию» я могу контролировать с любой её точки, но прежде чем серьёзно заняться пиратами, а сутки они точно будут не в себе, думая только о том, когда появятся первые симптомы чумы, нужно воспользоваться этим и слетать за инженерными комплексами.
То, что мой обман распознают, я сомневался, медсекция тоже была под контролем, и капсулы, как я уже говорил, стандартно выдавали, что их пациенты инфицированы красной чумой, чем вызывали ещё большую панику. Медиков брали в заложники, предлагали им огромные деньги за возможность поскорее очутиться в капсуле. Настало время сильного.