Сам я их бунтовщиками не считал, присягали они прошлому императору и самой империи, а не этому, потому и служили пока только империи, безукоризненно следуя законам. То есть часть империи нового императора не признавала и признавать не хотела. Сложно всё у них там. Чтобы такого больше не было, нужно изменить законы в империи и убрать эту лазейку."
"В кабинете я просидел где-то часа три, пока, наконец, не устал и, зевая, не направился в спальню.
Разбудил меня Женька в час дня, когда в сопровождении Малии забежал в спальню и стал забираться на нашу роскошную постель.
– Доброе утро, любимый, – подошла ко мне Малия и, наклонившись, томно поцеловала. Женька ей нисколько не мешал.
– Как дела? – ответив на поцелуй, потянулся я, не обращая внимания на залезающего мне на грудь сына.
– Отлично. Выспалась, повозилась с сыном, сейчас купать его поведу.
– Это хорошо, бассейн он любит. Чуть позже я к вам присоединюсь, тоже хочется поплавать.
– Будем ждать, – улыбнулась жена и, подхватив сына на руки, поставила его на пол. Сын у меня был крупноватый, и хрупкой Малии держать его на руках было тяжеловато.
Проводив выходящих из спальни взглядом, я ещё раз потянулся и вздохнул. Как и Малия, я вполне выспался и был бодр, поэтому встал и направился в кабинет. Сейчас поработаю немного и пойду в бассейн, действительно что-то поплавать захотелось.
В кабинете я завис не на час, а на полтора, но чуть позже, не переодеваясь, прямо в халате, направился в бассейн. Женька ещё плескался в джакузи и на все попытки наставника вытащить его отвечал возмущенным визгом. Малия лежала и загорала под специальными панелями, а я, бросив халат на соседний шезлонг, прошёл к небольшому возвышению и, оттолкнувшись от бортика, нырнул в воду, чуть не глотнув воды от неожиданности.