Но то, как бегали ее глазки, как хорошо читалось у нее на лице ощущение превосходства от присутствия в ее жизни Немца, настораживало.
Поверить в то, что она простодушно считает его тренером по борьбе с такой кучей бабла мог только влюбленный идиот, в которого превратился его друг. Он поплатился за это, как и та дура, но как можно было и близко сравнивать ее с Диной?"
"Дина с первых дней знает, кто он такой, мало того, знает о его участии в убийстве своего дяди и его жены. Макс был уверен, что это ее оттолкнет, она ведь нормальная, хорошая девочка.
Сейчас ему, конечно, еще далеко до «точки невозврата», а тогда Домин сам отключил тормоза. И надо же, чтобы именно в этот вечер решила прийти Дина. Ну почему он так поздно начал пить? Если бы она пришла, а он спал пьяный в кресле или валялся под столом, было бы намного лучше.
Да, конечно, ей тоже не стоило провоцировать, он потому и разозлился на нее. Она же женщина. Ну напился дурак, могла бы попытаться утихомирить его, уложить спать, к примеру. Но тут же в памяти всплывало бледное лицо с широко распахнутыми от страха глазами. Девочка испугалась и сбежала, и виноват во всем был только он один.
«Бэху» сначала было жалко, привык, хорошая была машина, вот и сорвался на Дине. Но хоть и начал тогда первым распинаться, как он устал и как ему все надоело, так и сдулся тоже первым, почти сразу же.
Кофе был в тему, а вот Лана нет. Что она себе вообразила, Домина не интересовало. Но пока он пил кофе, она прижималась к нему и что-то там несла о волшебной ночи. Какая к демону ночь? Он через двадцать минут уже будет спать у себя дома.
Весь вечер Лана потратила на то, чтобы донести до Макса, как ей нужна новая машина, и как не вовремя Макс разбил свою. У нее скоро день рождения, и он должен что-то придумать, потому что она присмотрела себе автомобиль еще до этой аварии. И, как Макс понимал, мысленно уже загнала его на стоянку.
Ее руки расстегивали ремень его джинсов. Домин достал из заднего кармана портмоне, вынул купюру и положил на подоконник, о который опирался.