Делаю себе пометку разобраться в происходящем. Узнать, кто мутит воду, и с какой целью. Хотя, в общем-то, не трудно догадаться, что это очередная попытка убрать мою фигуру с шахматной доски.
– Хорошо, что вы были. Я бы не вывез, – хмыкает Антон, когда мы выходим.
– Именно поэтому я на своем месте, а ты на своем. Есть идеи, кто мутит воду?
– Может, люди Валеева. А может, Хасанова. Вы им обоим как кость поперек горла.
Задумчиво киваю и усаживаюсь в машину. Врагов у меня много. Но тут, я чувствую, свои… Свои стараются.
Я запинаюсь. Она встает мне навстречу. Тянет руку, как будто хочет меня приобнять. А я настолько заведен, что шарахаюсь в сторону. Надо отдать должное этой женщине, она и бровью не ведет.
Зарываюсь в отчеты, вливаясь в привычную офисную рутину. Тянусь к чашке, что обычно стоит от меня по левую руку. Но нащупываю лишь пустоту. Недовольно хмурюсь. Выхожу, чтобы потребовать положенный кофе, и замечаю Жанну. Дыхание умирает в легких, до того как я успеваю наполнить их воздухом.
– Жанна? Проходи! – кладу руку ей на поясницу. Чувствую каждый хрупкий позвонок, дуги ребер. Мои пальцы будто вспыхивают пламенем, которое перекидывается на руку и дальше, охватывает все мое тело.
– Чай? Кофе? – спрашиваю я хрипло, прежде чем понимаю, что это, наверное, неправильно – просить Инну сварить его нам.
К счастью, Жанна отказывается.
– Вот. Я принесла ваши вещи. Они стиранные. И даже прошли через рентген.
Я недоуменно приподнимаю брови. А Жанна в ответ запрокидывает голову и смеется.
– На входе в ваш офис мне пришлось пройти через несколько рамок.
– А-а-а, – удивляюсь я собственной недогадливости.
– Глупая шутка, – тушуется она.
– Да нет, нормальная.