Люди вокруг него изумленно переспрашивали друг друга:
— В конце концов, что происходит?
— Что за нераскрытое дело было в округе Сянтань?
— Почему он убил тех людей?..
— Это долгая история, в двух словах не расскажешь, — произнесла Му Яньли. — Многие из тех, кто знал все обстоятельства этого дела, уже мертвы. Однако, даже если Мо Вэйюй желает утаить от людей то, что известно только ему, Цитадель Тяньинь стоит на страже правды. Мы уже много раз проводили самые сложные расследования и на этот раз также смогли разыскать несколько неоспоримых доказательств его вины.
В переполненном дымом людских эмоций зале, среди испуганных вскриков и посеянного ее словами хаоса, Му Яньли спокойно повернулась и спросила:
— Вы привели всех свидетелей, которых смогли найти в Сянтане?
Человек из сопровождения вышел из зала, чтобы проверить, все ли прибыли, и, вернувшись, сказал:
— Докладываю хозяйке Цитадели: все они ожидают снаружи.
— Тогда пригласи войти первого свидетеля!
Первым в зал вошел ремесленник. Этот человек был очень стар, его сгорбленные плечи испуганно дрожали, на лице был написан почтительный страх и покорность.
— Кланяюсь всем почтенным бессмертным государям… Кланяюсь всем почтенным бессмертным государям…
Му Яньли немного смягчилась и медленно и внятно произнесла:
— Почтенный старец, должно быть, очень устал с дороги, благодарю за проделанный длинный и тяжелый путь.
"Старика так трясло, что у него не хватило сил даже самому подняться, поэтому к нему подошел монах из Храма Убэй и, поддерживая его за руку, помог ему сесть на собственное место. Однако старик был так напуган, что сел на самый краешек и тут же сжался, словно стараясь казаться как можно меньше и незаметнее.
— Итак, первые два вопроса, — начала Му Яньли, — откуда прибыл господин и чем занимается?
Когда старик попытался ответить, его зубы выбивали дробь, кроме того, говорил он с сильным акцентом:
— Я… из Сянтаня… просто у обочины дороги клею уличные фонари…
Люди с огромным интересом рассматривали его непритязательный внешний вид, начиная от похожих на журавлиные перья редких и седых волос и заканчивая его изношенной дырявой обувкой.