И я потянулась к ней, а она — ко мне, позволив себя схватить.
Я вцепилась в нее и опустила вниз, прижимая к телу мертвого. Представляя себе все то, что велел представить Блеквуд. И ведь получилось, правда, вместе с Дорнаном.
Он тоже поймал это светлое нечто. Потянул вниз, заставляя растянутся на теле, а затем надавил обеими ладонями, почти втирая субстанцию назад, в мертвого.
Перед глазами вспыхнуло что-то яркое. Я вспомнила свое детство и ту несчастную птицу, которая ударилась в стекло окна. Ту, которую оживила.
Птица была черной.
Птица была вороном.
— Карр! — рядом ударили крылья Мордекая. Ворон взлетел и сделав круг над нами, опустился на одну из ветвей, а я, запрокинув голову, посмотрела на птицу.
Почти в тот же миг под руками дрогнуло тело, и я было хотела убрать руки, но Блеквуд не позволил, строго выкрикнув:
— Рано.
И мы оба остались сидеть, прижимая руки к возвращающемуся мужчине.
Несколько секунд его трясло так, что мне казалось, будто я и сама трясусь вместе с ним. А затем светлое нечто впиталось в тело и растворилось в нем, словно и не бывало.
Секунда…еще секунда… Ничего не происходило и внутри меня словно что-то оборвалось.
Не получилось? Не успели? Прошло слишком много времени после гибели несчастного?
Но нет. Мужчина, лежавший на земле, резко вздрогнул и распахнув глаза, издал рвущий душу крик. И только отняв руку от его тела, я внезапно осознала, что Дорнан уже давно это сделал. И получается, я одна сейчас пыхтела над кучером?
— А! — прохрипел оживший.
Я качнулась назад, ощутив, как руки Итана подхватывают меня и рывком поднимают и ставят на ноги. Глаза мага снова стали прежними, но вид был еще тот. И эта рана на груди. Я только сейчас ее разглядела.
— Итан, ты…
— Пустое, мальчик, — оборвал меня Хейл на полуслове.
— Где я? — раздалось хриплое за спиной.
— Милейший, давайте руку. Я помогу вам подняться на ноги. Полагаю, вам стоит отправиться с нами, — раздался голос Блеквуда. И от звука его низкого тембра у меня снова пробежали мурашки по спине.
Оглянувшись, увидела, как некромант сопровождает к карете ничего не понимающего кучера. Тот и не думал сопротивляться и даже не задавал вопросов. Он позволил усадить себя в салон и Дорнан захлопнул дверь обернувшись к нам.
— Забирайтесь внутрь. За этим человеком надо будет еще приглядеть, — сообщил он прохладным тоном. — Я распоряжусь, чтобы он остался до утра на конюшне. — Мужчина подошел к нам с Итаном и, не глядя на меня, обратился к Хейлу.