Но поиски нужно было с чего-то начать.
Гэбриэл покопался в сумке в поисках документов и достал сразу три комплекта. Эрилин даже присвистнула, наблюдая за ним.
— У тебя есть поддельные документы?
Гэбриэл пожал плечами:
— Бумаги на имя Гэбриэла Хортона такие же поддельные, как и все другие, и никогда не выдавались ни одним королевством.
— Но под этим именем ты въезжать в Сарану не собираешься, — догадалась она.
Гэбриэл еще раз взвесил все за и против и окончательно решил:
— Не стоит.
Оба претендента на престол Сараны знали его не только в лицо, но и по имени.
— Ты, что, умудрился наследить во всех королевствах? — восхитился Джоф.
Гэбриэл хмыкнул.
— Я же говорил, это не я ищу неприятности, а они находят меня, — он перебрал документы и остановился на одних. — Да, вот эти, пожалуй, подойдут.
Бумаги на имя Гэбриэла Веласа были сделаны в этом году и еще не успели засветиться.
— Так куда? — снова нетерпеливо спросила принцесса, впереди показалась развилка дорог.
— К Галиму, — наконец, определился Гэбриэл. — Там должно быть поспокойнее. И есть у меня тут парочка знакомых.
Эрилин закатила глаза:
— Ты лучше скажи, где у тебя их нет.
Гэбриэл усмехнулся, отвесил ей шутливый поклон и поторопил коня.
Стража на воротах проверяла документы самым тщательнейшим образом.
— Что они ищут? — шепнула Эрилин, наблюдая, как стражники просматривают бумаги, разве что не понюхали, даже на свет посмотрели.
— Ищут подделку, — ответил Гэбриэл, практически не разжимая губ и глядя на стражу самыми невинными глазами.
— Не найдут?
— Как знать, — он подмигнул ей и снова сделал смиренное выражение лица.
Черт бы его побрал с его спокойствием. У Эрилин уже сердце из груди выпрыгивало. Она в Саране! В Саране! У нее получилось!
Страж же тем временем закончил осмотр и протянул бумаги обратно.
— Что ж, — признал он, — на первый взгляд все в порядке. И на второй.
«И на третий», — закончила про себя Эрилин. Ей было все еще не спокойно.
— Эй, Гил, иди сюда! — позвал кого-то стражник.
— А вот это плохо, — прошептал Гэбриэл.
— Что?
— Просто, если не умеете врать, говорите правду, хорошо? Только правду, — он выделил интонацией слово «только».
У Эрилин упало сердце, когда она увидела человека, вышедшего из сторожки.