Хотя пленом это назвать сложно, жили они не в тюрьме, а в обычной деревушке. Каждый день ранний подъем, работа до позднего вечера, а затем отбой. Несколько человек попытались сбежать, но им на пути попался патруль и привел их обратно. Наказали за это плетью, но так, чтобы провинившиеся не потеряли свою работоспособность.
Да и в целом условия труда, мягко говоря, были так себе. Работа трудная, причем, всем было плевать, болеешь ты или нет, всё равно выходных не дождешься. Кормили так себе, на еде хозяева заметно экономили.
Хорошо жилось только тем, кто отказался от Рода Булатовых и принес присягу Снегирёвым. Вот этих да, кормили лучше, и довольно быстро переводили на более легкую работу. Увозили в другие деревни, и даже платили кое-какие деньги.
— А среди вас есть те, кто принес присягу виконту? — сразу прищурился я, а парень быстро замотал головой.
— Нет, что вы, господин! Мы все оставались верны Геор… Кхм… Вашему Роду! Чем хотите, поклянусь! — он чуть было не подскочил, чтобы поклониться, но я его остановил.
— Успокойся, — я закрыл глаза и сконцентрировался на лимфатической системе парня. Последний штрих, и всё, будет полностью здоров. — А что, прямо никто из собравшихся здесь принципиально не стал служить Снегирёвым? — удивленно проговорил я, закончив с лечением, и откинулся на спинку кресла.
— Нет, господин! Из тех, кто пришел сюда, все верны вам. А вот другие… — помотал он головой. — Многие не выдержали, сдались.
И это вполне логично.
После паренька в кабинет вошел старик лет шестидесяти. Суставы у него были совсем ни к черту, но с этой проблемой мы разобрались довольно быстро, даже поговорить не успели. Правда, пришлось отправить его на кухню и передать поручение выдать ему добрую порцию мяса.
"Страждущие заходили ко мне в кабинет, один за другим. Некоторые успевали только поздороваться и поклониться, и я сразу касался их, направляя энергию в нужное русло. С другими приходилось немного задержаться, правильно распределить силы и запустить процесс лечения. Таких я обычно расспрашивал о том, как им жилось у Снегирёвых, и все они отвечали почти одинаково.