- Знаешь, каких людей выбирают Павшие? - тихо поинтересовался Элерион, чуть вопросительно и крайне холодно изогнув бровь.
- А что, их много? - уходя от ответа, поинтересовался я, теперь неотрывно глядя на Элериона, следя за сменой эмоций на его лице.
- Их столько, сколько должно быть, - отрезает эльф, моргая и вновь вскидывая на меня взгляд. - Павшие выбирают тех людей, которые не имеют привязанностей, истинных опор, потому что их легче всего сломить, легче всего использовать. Тебе что-нибудь обещали, Камаэль, в обмен на твоё драгоценное тело?
- Нет.
- Павшие избирают тех, кто не умеет любить. Такие создания злы на всё, им нечего терять, но они с удовольствием бы упивались чужой смертью и болью. Я не мог поверить в это, потому что Павший всегда избирает для себя только лучших. А ты… ты прекрасное создание, Льюис. Ты можешь быть добрым и нежным, но любить, видимо, не умеешь. Думаю, тебе ещё предстоит научиться этой науке по глотанию ножей.
"Он задорно улыбнулся, и улыбка эта обожгла нестерпимым жаром, огнём, огладив мою суть и жутко перепугав. Я постарался улыбнуться ему в ответ, но губы предательски дрожали. Слова его впечатались в моё сознание, но это не помешало мне притянуть к себе Элериона и сжать его в объятиях, начать целовать его губы. Смех лился с его губ, щекотал мои, обжигал, ладони беспорядочно скользили по телу, скорее успокаивая, чем возбуждая.
- Прости.
Вздрогнул, поморщился от боли, которой отозвался вроде как лёгкий поцелуй:
- Не стоит просить прощения. Я это заслужил.
И вновь тишина воцарилась в нашем небольшом укрытии-тюрьме. Тихо шумел ветер за окном, солнце явно поднялось выше, светило ярче, хотя здесь уже становилось холоднее.
- Куда ты?
- У меня есть пара дел, - виновато улыбается он, застёгивая ширинку на брюках. - Дойду до подвала, возьму пару свитков и вернусь.
Киваю и гляжу на то, как его пальцы ловко справляются с пуговицами рубашки, теперь скрывающей от меня его чудесное тело.