Разворачивались и остальные — все, которые я видела. Наше судно чуть сменило курс, и я с удивлением увидела, что мы проходим мимо целой флотилии — от Рудлога, сопровождаемые боевыми листолетами, двигались несколько десятков больших военных кораблей, выкрашенных в голубой цвет, ощерившихся пушками, с флагами всех Эмиратов на мачтах.
Да что происходит?
— Марина, — позвала леди Лотта. Она спешила ко мне и… улыбалась?
Я наконец-то очнулась — зазвонил мой собственный телефон. На экране высветилось ""Майки Доулсон"", и я сделала свекрови знак подождать и поднесла трубку к уху.
— Ваша светлость, — задыхаясь, приветствовал меня Майки. — Вы знаете, конечно, уже… боги… мы разбили иномирян у фортов. Я только что разговаривал с Леймином, он сказал, враги разбиты начисто, наши войска собираются переходить в наступление. К нам на подмогу пришли берманы и идут Эмираты.
— Невероятно, — заторможенно проговорила я, провожая глазами эмиратские корабли. Отняла трубку от уха и включила громкую связь. Леди Шарлотта имела право это слышать — и она замерла, сжав пальцами мой локоть.
— Невероятно, — благоговейно продолжал Майки. — Это ведь чудо, ваша светлость. Мы все думали, что Дармоншир падет за несколько часов, а теперь… Леймин сказал, Виндерсу в ближайшие недели точно ничего не угрожает, можно приостанавливать эвакуацию… Это все его светлость.
— С лордом Лукасом все в порядке? — остановила я его.
— Да, — удивленно сказал Майки. — Он жив. А разве он не связывался с вами?
— Нет, — только и сумела ответить я, разозлившись до ужаса.
— Он, наверное, очень занят… — промямлил Майки.
Я понимала, что он очень занят, но злость никуда не девалась, как и обида. К глазам снова подступили слезы. Доулсон-младший, видимо, почуял неладное и заторопился, запинаясь:
— Очень много раненых и погибших, госпожа герцогиня. Леймин сказал, идет зачистка остатков инсектоидов у фортов.
Пальцы леди Шарлотты сжались на моей руке до боли.
— Майки? — позвала она так повелительно, что я покосилась на нее с изумлением.
— Вы слышали, леди Кембритч? — уныло откликнулся Доусон-младший.
— Да. Что с Бернардом?
— С ним все в порядке… — Это прозвучало так фальшиво, что и глухой бы поморщился.
— Майки, это мой сын.