– Зачем ты это сделала?
Она должна была сказать, что ни в чем не виновата. Но нелепость происходящего действовала ей на нервы. Она просто сорвалась с места и выскочила из дома.
– Стой, стрелять буду! – крикнул ей вслед Кургузов.
Но она не остановилась. Пусть стреляет. Ей уже все равно…
Убегать она не стала. Пересекла двор, подошла к машине следователя. Кургузов догнал ее. В глазах торжество и злорадство.
– Сбежать хотела?! Что, осознаешь свою вину?
Вдруг до нее дошло, что она имеет дело с душевнобольным человеком.
– Я ни в чем не виновата! Я не убивала Тему!.. Я не могла его убить. Я его любила! Понимаете, любила!!!
– Значит, имело место быть убийство по неосторожности…
Ксюша была на грани нервного срыва. И Кургузов ее доконал.
– Вы… Вы никчемный следователь! – взорвалась она. – Вы… Вы не имеете права работать в милиции!.. Вам бы только людей губить!
– Во-первых, я работаю не в милиции, а в прокуратуре. А во-вторых, людей губите вы… Садитесь в машину, гражданка Светлова!.
– Почему снова?
– Потому что вы уже пытались скрыться с места происшествия!
Ксюша почувствовала, что у нее нет ни сил, ни желания спорить с этим сумасшедшим."
"– Как хотите, так и думайте, – устало махнула она рукой.
– А вы знаете, что попытка к бегству – уже повод для того, чтобы взять вас под стражу? – Кургузов глянул на нее холодным немигающим взглядом.
– Вы собираетесь взять меня под стражу?
– Боюсь, что я вынужден это сделать…
Он вел машину, но это не мешало ему наблюдать за ней.
– Я бы на вашем месте покаялся, гражданка Светлова, – продолжал он нагнетать обстановку. – В нашем случае чистосердечное признание – единственное для вас спасение… Насколько я знаю, вы в положении и ждете ребенка?
– Да.
– Суд учтет и это… Получите три-четыре года, не больше…
– Что три-четыре года?
– Это срок такой.
Внутренний холод пробирал до костей – Ксюша тряслась как в лихорадке. Она понимала, что ей всерьез придется отвечать за то, чего она не совершала. Пятнадцать лет тюрьмы. Или расстрел… Ей казалось, что она сходит с ума.