Даже мама моя. Меня словно вычеркнули. Все наше с Мишей нормальное общение на этом фоне стало испаряться. Я стала закрытой, нервной, постоянно плакала, но изо всех сил старалась как можно больше времени уделять ребенку и не быть плохой мамой. Этого я боялась. Боялась как-то навредить сыну, недодать любви.
Мне было плохо, а Миша этого не видел. Я огрызалась, он отвечал. Мы могли не разговаривать друг с другом неделями.
Я плакала ночами и ненавидела себя за то, что поверила ему. Поверила в то, что мы можем быть нормальными, жить нормально.
В одну из таких ночей случайно нашла контакты Влада в соцсетях и написала ему. У нас закрутилась переписка. Наверное, именно она тогда и помогла мне прийти в себя, пока ситуация внутри семьи накалялась. В пылу ссоры я несколько раз припомнила Мишке, как он на мне женился, обзывала его всячески, сравнила с Владом. Давила на все больные точки, что могла. Хотела развод. Тот самый, что он мне обещал.
Я смотрела на Марка и все чаще понимала, что я не могу позволить ему жить в клетке. Тогда решила сбежать во второй раз. Тщательно готовилась, но Миша нас поймал и притащил обратно. Орал так, что я думала, стекла в доме из окон повылетают.
— Извини, Даш, — Мишин голос возвращает в реальность. — Я не хотел тебя обижать…
— На дураков не обижаются, — пожимаю плечами.
— Тебе просто не нужно в это лезть. И еще…
Вздрагиваю, потому что Князев сжимает мою руку.
— Как вернемся домой, Марка в доме своего отца больше не оставляй, ладно?
— Почему?
Миша ловит мой взгляд и барабанит по рулю пальцами.
— В это мне тоже лезть не нужно? Когда дело касается моего ребенка? Серьезно?
— Не передергивай.
— Тогда объясни нормально. Как ты себе представляешь мое поведение? Если отец захочет забрать Марка, он заберет и меня не спросит.
— Если такое вдруг будет происходить, сразу звони мне.
— Да, чтобы ребенка у меня отобрал ты, — взбешенно взмахиваю руками. — Прямо дилемма, какое из зол выбрать.
— Я не собираюсь забирать у тебя ребенка.
— Ну да, а все твои угрозы — это так…
— Если ты живешь со мной, то никто у тебя Марка не заберет.
— А можно я буду жить с Марком, без вас всех?
— Нет.