Осторожно потрогав ладонью угли, я не ощутил тепла. Роско не было, и кажется, его не было уже несколько дней.Had he deserted me, perhaps not actually deserting me, but simply wandering off and not bothering to come back? This might be, I admitted to myself, the end of it. There might be no more that a man could do.Может быть, он бросил меня? Наверное, все же не бросил, но попросту забрел куда-нибудь и не особенно задумывается о возвращении. Да, черт побери, следует признать, что я исчерпал свою фантазию. Я сделал все, что было в человеческих силах.
I sat down beside the dead ashes of the fire and stared out into the twilight of the street.Я тихо сидел у потухшего костра и всматривался в сумрак узких улиц. There still might be other possibilities-somewhere in the city a man might find a way or clue; out on the planet, traveling east or west or south rather than toward the mountains looming to the north, there might be an answer waiting. Возможно, еще есть за что уцепиться — например, отыскать какой-нибудь выход в городе или на планете, пойдя на восток, запад или юг, а не к призрачным вершинам пурпурных гор на севере.
Где-то должен быть ответ. But I didn't have the will for it. I didn't want to move. I didn't want to try again. I was ready to give up.Но моя воля иссякла. Я не хотел никуда идти. Я не хотел ни за что больше браться. Хотелось бросить все к чертовой матери и сдаться (give up).Будет еще один гномик, подумал я.Move over, gnome, I said.Конечно, я был неправ. Это было пораженческое настроение.
Нечего драматизировать. Когда придет время совершить новую попытку, когда только забрезжит новая, пусть самая эфемерная надежда на успех, я опять встану и ринусь в бой.But that was wrong, I knew. It was defeatist talk. It was dramatizing. When the time came to try again, when and if I caught a glimmer of a hope, I'd get up and go.But now I simply sat and felt sorry for myself-and not only for myself, but for all the rest of us. Although why I should feel sorry for Smith or Tuck or Sara, I didn't really know.
They'd gotten what they wanted.Но сейчас я, сгорбившись, безвольно сидел у костра и жалел себя — не только себя, а всех нас. Хотя стоило ли переживать из-за Смита, Тэкка или Сары? Они получили то, что хотели.Down in the twilight of the street a shadow moved, a darkness in the gray, and a twinge of terror went fluttering through me, but I didn't stir. Внизу в уличной темноте мелькнула тень: черное пятно на сером фоне.
