— Какое-то время назад, — ответил я с сомнением, — я мог поручиться, что хорошо умею отличать реальность от вымысла. Сейчас я не уверен. “At one time,” I told him, doubtfully, “I would have told you I could recognize reality. Now I'm not so sure.”“This planet,” he said, “is layered in realities. There are at least two realities. There may be many more.”— На этой планете, — заявил он, — реальность разделена на части, слои. Здесь их, как минимум, два. А, может быть, гораздо больше.He was almost fluent now, although there still were times he stuttered and had to force his words out and his delivery of them was spaced imperfectly.
Теперь он говорил уже достаточно бегло, хотя временами начинал заикаться, с трудом выталкивая из себя слова, и тогда его речь становилась невнятной.“But how,” I asked, “do you know all this? About the bonding and reality?”— Но откуда, — спросил я, — ты обо всем этом знаешь? О молекулярных связях и реальности?“I do not know,” he said.
“I only know I know it. And now, please, can we go?”— Не знаю, — ответил он. — Я только знаю, что знаю об этом. Ну, а сейчас, пожалуйста, пойдемте.He turned and went down the ramp and I followed him. What had I to lose? I had nothing going for me and maybe he had nothing going for him, either, maybe all he said were just empty words born of an enlarged imagination, but I was at a point where I was ready to make a grab at any straw.Он повернулся и начал спускаться по пандусу, и я последовал за ним.
Мне нечего было терять. Я уже исчерпал все свои резервы, похоже, и у него тоже не было другого выхода, хотя, к сожалению, все его открытия могли оказаться ничем иным, как игрой больного воображения. Но я уже находился на той стадии, когда человек готов ухватиться за любую соломинку.The idea of more tightly bonded atoms made a feeble sort of sense, although as I ran it through my mind I couldn't figure out how it might be done. But this business of a many-layered reality was outright gibberish.
It made no sense at all.Идея о более тесных молекулярных связях несла в себе рациональное зерно, правда, подвергнув ее анализу, я едва ли представлял, как эти связи могли осуществляться на практике. Но уж вся эта затея с многослойными реальностями казалась мне абсолютной белибердой. В ней не было ни капли здравого смысла.We reached the street and Roscoe headed for the spaceport.
