Янка тем временем нашарила в кошельке пластинку со знаком СУАЗ, надломила ее, вызывая декана, и, чувствуя себя гонцом, приносящим дурные вести, оперативно доложила:
— У Шойтарэль черная пена изо рта.
Гад прибыл практически мгновенно, да не один, а в компании с мастером Лесариусом и его знаменитым молоточком. Леора только успела скомандовать ринувшимся было к однокурснице девчатам:
— Не трогать!
— Вот-вот, девоньки, не следует этого делать, — добродушно согласился старенький целитель и одобрительно поцокал языком, оценивая оперативность действий мастера Леоры.
— Донская? — потребовал от землянки ответа Гад.
— Я пить хотела, Таата мне свою фляжку с водой предложила, а Ириаль вырвала ее из рук и сама всю выдула, а потом вот… — Яна развела руками, кивком головы указывая на черную пену, хлопьями повисшую на губах вампирши.
— Да уж, — помрачнел декан, изымая из сведенных судорогой пальцев правой руки хоббитянки замечательную пустотелую тыкву, а из левой — пробку. Дэор осторожно, внимательнейшим образом осмотрел и обнюхал емкость и затычку. Покачал головой и заткнул пустую бутылочку пробкой.
— Оно? — уточнил Лесариус, принимая фляжку и тоже внимательно ее изучая.
— Оно, — согласился Гад, постучав пальцем по пробке.
Кому как не ему, представителю расы знатоков, изготовителей и изобретателей ядов, определять источник отравы! Мертвенно-бледная, без обычного живого румянца во всю щеку, Таата взирала на свою фляжечку в руках лекаря как на смертельно опасную тварь."
"— Вы исцелите Ириаль? — жалобно всхлипнула Юнина, утирая крупные слезы, без остановки катящиеся из прекрасных глаз.
— Разумеется, Ройзетсильм, утрите лицо, развели тут сырость.
Покачивая головой, старичок-молоток полез в мешочек на поясе, пошуршал, позвенел свободной рукой и достал… нет, не еще один молоток, а маленький пузырек с изумрудно-зеленым содержимым.