Вручил Леоре с наказом:
— Вот, голубушка, девонькам по три капли на язык, чтоб нервишки подлечить. Сердечко-то смолоду беречь надо!
— Голвин, Донская, после уроков в мой кабинет в общежитии, — напоследок бросил дэор, исчезая в портале, открытом мастером Лесариусом. Фляжку лекарь прихватил с собой, то ли в качестве вещественного доказательства, то ли как особо опасную тару из-под отравы, чтобы до нее случайно чьи-нибудь не в меру загребущие студенческие ручки не добрались!
Проводить опрос на предмет выявления особенно переволновавшихся и нуждающихся в лечении свидетельниц трагического происшествия горгона не стала.
— Принимайте душ и переодевайтесь, девушки! А не то на следующее занятие опоздаете! И поторопитесь, боюсь, мастер Теобаль не сможет долго удерживать кавалеров, рвущихся вам на помощь. Я немного успокою парней, но пока они вас не увидят живыми и невредимыми, не угомонятся.
За дверью и впрямь слышались встревоженные голоса. Так что решение горгоны оказалось весьма своевременным — похоже, авторитета эльфа-физкультурника едва-едва хватало на то, чтобы ребята не начали штурмовать женскую раздевалку.
Пришлось девчатам нестройным хором покричать однокурсникам, что все живы и учителя уже со всем справились, а дверь ломать не надо, они не одеты. После этого заявления группа спасителей, готовая идти на штурм помещения, откатилась и затихла.
Оставшиеся впятером полураздетые, шокированные происшедшим девушки растерянно переглянулись. А Янка посмотрела на слетевший с ноги Ириаль спортивный тапочек, сиротливо забившийся в угол раздевалки, и невольно вздрогнула. На обуви запеклось несколько хлопьев черной пены, а благородно-коричневая кожа под этой коркой успела приобрести противный грязно-бордовый оттенок.
«Не везет Ириаль с обувью — то совсем развалится, то каблук сломается, теперь вот цвет изменила. Рок какой-то!» — мелькнула в опустевшей голове глупая мысль.
Но и ее прогнал панический писк Тааты:
— Ой, это что выходит, у меня во фляге яд был? Девочки, честное слово, я только обычную воду туда наливала! Никого отродясь не травила, только крыс в подвале, чтобы колбасы не лопали.
— Что ты, Таата, никто тебя ни в чем не подозревает, — мягко промолвила Ольса.
— Ты же сама, как и Янка, из фляжки чуть не выпила, — содрогнувшись всем крепко сбитым телом, поддержала дриаду пещерница.