Юнина, мне жаль, дорогая, но твои знаки, хоть и нарисованы безукоризненно, верно активировать шкатулку не смогут. У тебя слишком живое воображение.
— Это плохо? — растерялась девушка, подняв на мастера дивные эльфийские очи.
— Развитое воображение — чудесное качество, но в работе артефактора нашей специфики — большая помеха. Ты видишь слишком много дорог, чтобы пойти по одной. Изготовленные такими творцами предметы никакого утилитарного значения не имеют. Твоя шкатулка будет работать произвольно: может уменьшить помещаемый в хран предмет, может его увеличить или перекрасить, а то и переместить в неизвестном направлении.
— Ой! Спасибо за объяснения, мастер. — Кажется, прилежная девушка искренне расстроилась из-за своей неспособности к созданию артефактов, но спорить с деканом не стала.
— А у меня? — нетерпеливо влезла в разговор Ириаль.
— У тебя, — оглядел результат потуг Шойтарэль декан и едва заметно усмехнулся, — нужный артефакт может получиться при должном старании и подходящем эмоциональном настрое.
— Ну, не очень-то и хотелось, — повела плечиком вздорная девица и злобно оскалилась на Картена. — А это точно не из-за подмены раствора?
— Точно-точно, это-то и странно, девушки. По всем правилам артефакторики ваши заготовки вообще не должны были превращаться в артефакты. Обмен растворами, не влияющий на результат работы, я наблюдал лишь однажды.
— Ой, ага, оно! — оживился Картен, слишком увлеченный объяснениями мастера, чтобы мгновенно установить связь между щекочущими ощущениями в районе запястья и вызовом. — Тогда мы побежали! Айда, Пит, пора причинять добро туземцам!"
"— Куда? — тигром рыкнул Гад — так, что на месте замерли не только Рос с Цицелиром, а и все студенты в аудитории.
— Да ладно, ща уберем, не серчайте, — благостно, уже в предвкушении предстоящей авантюры отмахнулся голубокожий парень и действительно меньше чем за минуту выполнил требования декана. Причем не свалил все абы как, а убрал по-настоящему.