— Ну, в смысле, у меня слегка голова закружилась, но на том и все.
— Кощей, — с чем-то средним между завистью и презрением протянула Ася."
"Я помнил, что она не особо любит говорить и общается обычно односложными фразами. Правда, помнил и что в прошлый раз я ей понравился. Даже за задницу хватала. Верно говорят, что от любви до ненависти один шаг. И несколько рубцов. На задницу я не грешил, она за это время не изменилась.
— Для кощеев, может, и правда не очень заметно, но ведунов повело, — сказал Моровой.
Послышался глухой удар, а после стол качнулся. Моровой зло поглядел на Печатника, а после сказал уже громче:
— Главного не включай, ногами он меня бьет. Все равно все Подворье уже знает.
Я тяжело вздохнул, как всегда пришлось быть в роли отстающего. Нет, сведения бы я собрал чуть попозже. Когда вернулся бы и послушал фурий. Как раз и людей было бы поменьше. Но раз уж тут пошла такая пьянка, грех не воспользоваться ситуацией.
— Так что там все Подворье знает?
— Кто-то провел ритуал. Кровавый, среди чужан.
— Как?
— Не знаю. Но воевода ездил на место лично с твоим иномирцем и еще парочкой ратников. Вернулся сердитый, как грозовая туча. Я в последний раз его таким видел, когда ты Водяного царя убил.
— Ритуал — это не я!
— Да знаю, — скорчил лицо Моровой. — Куда тебе. Там профи работал, даже следы промысла быстро исчезли. Такое редко кому подвластно, с опытом приходит, да и то не всегда.
— Много погибло? — деловито спросил я.
— Один чужанин.
— И такой шум поднялся? — удивился я. — Нет, я-то как раз понимаю, что гибель любого человека — это трагедия. Но у рубежников вроде чужане проходят по отдельной категории.
— Вроде как это может быть связано с Царем царей, — встрял Печатник. — Кто-то слышал, как воевода о том обмолвился.
— И кто этот кто-то?
Саня многозначительно поднял глаза, не торопясь отвечать.
— И чего теперь делаете?
— Ждем, — ответила Ася. Правда, решила больше ничего не добавлять.