Поэтому соблюдай уговор…
– Объясни мне! – обрывает меня невоспитанная девчонка.
– Нет. Никаких споров. Надень то, что я тебе дал.
– Ошейник не буду.
– Начни с него. Или я это сделаю.
Окинув меня с ног до головы свирепым взглядом, непокорная Эрика Доусон начинает… конечно, с трусиков. Без них было лучше, но мне нравится, как позвякивая, рассыпаются по ее бедрам ожерелья из цепочек. С ошейником приходится все-таки помочь. Нет, с застёжкой она справилась, а вот распределить замысловато соединяющиеся цепи вокруг грудей и живота приходится вдвоём.
– Как себя чувствуешь? – хрипло спрашиваю я, ее взгляд выразительно опускается на оттопыренные спереди штаны, и вероятно, хочет задать точно такой же вопрос.
– Я чувствую себя дурой, – выплевывает она с раздражением.
– Напрасно. Тебе очень идет и подходит к твоим туфлям лучше, чем платье.
– И чем это кожаные трусы и ошейник лучше ожерелья с бриллиантом, которое было на Роуз?
– Все банально, Рика. У меня нет «Сердца океана». К тому же, говорят, он был проклят. Ты хотела бы носить бриллиант, по вине которого погибли тысячи человек? – мрачно произношу я, приближаясь. Она шумно вдыхает.
– Не камни убивают людей, а д… другие люди, – заикаясь, отвечает она, и вздрагивает всем телом, когда я смыкаю пальцы на ее талии, поднимая над полом.
– Что ты делаешь, мать твою? – ее голос снова набирает силу.
– Создаю идеальную позу, – невозмутимо сообщаю я.
– Ничего более идиотского придумать не мог, Престон? – шипит она, поняв, что я собираюсь сделать.