А вот стоило мне войти в общинный дом, как навстречу мне шагнул ни много ни мало сам воевода. И судя по вытянутым в струнку разной степени помятости рубежникам, тут было нечто вроде собрания. Ну, или разбора полетов. Главное, что основной пилот уже залетел. Я, то есть."
"— Бедовый! — налились чем-то неприятно красным глаза воеводы. — Ты-то мне и нужен. Пойдем-ка со мной.
Я видел Следопыта за могучей спиной Илии, чувствовал крохи его хиста, но ничего не смог сделать. Мы направились к кружалу, хотя что-то мне подсказывало, что точно не праздновать.
По пути я думал даже не о том, что мне сейчас скажут. А сомневался, настоящий ли это воевода или опять китайская версия с маркетплейса. Поэтому не придумал ничего лучше, чем вытащить одну монеты из мошны со Слова. И затем бросил воеводе ее чуть ли не под ноги.
— Илия Никитич, погодите, вы вроде уронили!
Илия заозирался, а потом поднял монету.
— Я точно не мог, — сказал он, хотя тут же убрал деньгу на себе на слово.
Оборотни не могли применять заклинания и касаться серебра. Это я уже узнал из собственной тетради. Правда, там про перевертышей ничего не было. Но они, как я понял, к оборотням тоже относились.
Метод, конечно, хороший, но уж очень затратный. Этак я все деньги просажу в поисках перевертыша. А судя по тому, что даже воевода серебрушку забрал, остальные рубежники точно хозяина искать не будут.
Теперь на повестке другой вопрос — можно ли доверять Илие? Не связан ли он с Шуйским.
Мы сели за дальний стол, впрочем, ничего заказывать не стали. Воевода провел рукой по воздуху, и перед нами возник еле заметный, полупрозрачный полог.
— Рассказывай, — не сказал, почти приказал Илия. — Подробно.
Забавно, но еще час назад я опасался этого разговора. А теперь вдруг понял, что ничего он мне не сделает. Хотел бы, уже сделал. Значит, со мной будут пытаться договариваться. Интересно о чем? С меня вроде и взять нечего. Хотя погоди-ка, я же теперь ведун. Пусть, наверное, самый молодой и непутевый, но все же.