Тебя хозяйка сюда приглашала?
Илаха заскрипела зубами.
— Я так понимаю, нет. Тогда брысь отсюда, пока не нарвалась на дипломатический скандал. Это я вам быстро устрою. Сейчас до Гордона прогуляюсь, ноту протеста оформлю, объявлю всех персонами нон-грата и пинком под зад! Даже суток на сборы не дам.
Илаха молча начала одеваться. Закончив туалет, обожгла сплетника полным ненависти взглядом.
— А ты уверен, что твой царь подпишет вашу ноту протеста? Вот он у меня где, — сжала ручку в кулачок царица.
Илаха скрылась в сенях. Грохнула входная дверь, и скоро все затихло.
— Слушай, а эта служанка, она кто? — спросила Янка.
Тут девушка сообразила, что сидит на корточках у стенки практически в чем мать родила, тихо пискнула и юркнула в кровать под одеяло.
— Ну Янка, ты даешь! Как будто этой ночи не было вообще.
— Так ночью ничего не видно, — начала оправдываться девица.
— И ты этим коварно воспользовалась! — Виталик тоже нырнул под одеяло и начал под ним тискать подругу. — А ты хитрющая девчонка. Все уверены, что ты вдовица, а ты еще вчера была девица. И как это понимать, красавица моя?
— А ты что, против? — начала отбиваться Янка. Правда, отбивалась она несильно, так, для виду.
— Разумеется, нет. Но имей в виду. Теперь я тебя не отпущу от себя ни на шаг, пока до конца не разберусь с этой служанкой.
— Кстати, а что это за служанка?
Виталику очень не хотелось отвечать на этот вопрос, а потому он поспешил заткнуть ей рот поцелуем, и все вопросы, кроме любовных, сразу отошли на второй план. Янка перестала брыкаться и томно застонала, млея от ласк своего возлюбленного…
* * *На этот раз пробуждение было более приятным. Никто не вопил, не орал, не бегал голышом по подворью, лишь со стороны гридницы слышалось громыхание противней.