«Близнецы, — сказали ее руки, когда она перехватила его взгляд. — Мальчик и девочка. Мальчика назовем Ваэлином».
— Зачем же налагать на ребенка такое проклятье? — сказал Ваэлин, стискивая ее руку.
«Это не проклятье. Благословение». Она протянула руку Дарене, та подошла и взяла ее в свои.
— Так много времени прошло.
К ним подбежала Снежинка, ставшая совсем взрослой со времени разрушения города, и ткнулась башкой в бок Ваэлину с оглушительным мурлыканьем. Ваэлин погладил ее по густой шерсти. Девчушка, сидевшая на спине кошки, уставилась на него широко распахнутыми глазами.
Селла хлопнула в ладоши, и картинки исчезли. Мать погрозила дочери пальцем, девочка надула губки. «Извини, — сказали руки Селлы Ваэлину. — Она у нас так здоровается. Просто пока не понимает пока, что не все способны делать то же, что и она».
— Я твой дядя Ваэлин, — сказал Аль-Сорна, присаживаясь на корточки.
«Лорен», — застенчиво прозвучало у него в голове. Селла вновь хлопнула в ладоши. Девочка насупилась и буркнула вслух:
— Лорен.
— Рад познакомиться с тобой, Лорен.
— А я тебя во сне видала, — ответила та, внезапно разулыбавшись. — Ты ходил по пляжу, и была ночь, а потом ты зарубил какого-то дядю топором.
Селла сняла дочь со спины Снежинки, показала руками «еда» и подтолкнула в сторону дома.
— Не дрейфь, — сказал Норта. — Слышал бы ты, что ей снится обо мне.
* * *Селла подала им пирог с рыбой и тушенный в луковой подливке картофель, пока Норта рассказывал об их путешествии в Пределы.
— Путь занял у нас добрых четыре месяца, и не все его пережили.
— Лонаки? — спросил Ваэлин.
— Нет, как ни странно, они нас не тронули. Холод. Зима в тот год пришла рано, застав нас еще на равнинах. Если бы не эорхиль, мы бы все там перемерли с голодухи. Одаренным доступно многое, но даже они не умеют извлекать еду из воздуха.
— А как поживают твоя мать и сестры? — спросил Ваэлин.
— Матушка умерла за год до нашего переезда. А сестры… — Лицо Норты потемнело, он замолчал, и Селла взяла его за руку. — Что говорить, не все способны побороть свой страх перед Тьмой.