Наверное, через час или, быть может, менее прямо посреди дороги вдруг встали плечом к плечу четверо удалых молодцов среднего возраста, в европейском платье, в собольих шапках с перьями, с огромными саблями у бедра и стягом с польским орлом.
– Вот и таможня, сотруднички, – объявила бабка, довольно потирая ладошки. – Ох, и до чего ж я люблю польскую сторонку! Варки – хоть залейся, фляков – хоть облопайся, бигоса – хоть тресни, а культура какая-а. От ить как заведут хором «Ещё Польска не сгинела», аж слёзы на глаза! Так душевно пою-ут…
– Бабуль, а если исключительно между нами?
– Ну-кось?
– Вы польских принцев не ели? – в лоб спросил я.
– Никогда! От тебе зуб даю, участковый, ни-ко-гда!
– Совсем никогда и никого?
– Ох, ну было дело разок. Один старый скандалист Якуб Наглейба в Лукошкине ещё лет пять назад молодого Гороха хаял. Поговорила я с ним нос к носу, теперича он про нас и лишнее слово молвить боится. У меня ж нрав крут, рука тяжела, а терпение коротко. Но есть не ела! Куснула разок, и то так, порядку ради.
– Что ж, может, вы тогда и выйдете на переговоры?
– А почему бы и нет? – подумав, подбоченилась бабка. – Язык ихний я знаю, привычки да повадки тоже. Отчего бы мне к панам полякам с улыбкою лебедью белою не выплыть?
Никто спорить не стал, так что на объяснения с польскими пограничниками (если в те времена так можно было выразиться) прямо на крыльцо избушки храбро шагнула наша бессменная эксперт-криминалистка.
– Дзень добрий, ясновельможный пан!
– Дзень добрий, стара пани! Чем мох бы помоч?
– Желам от вас знат наилепший шлях до славной Варшавы, так, чтоб Вислу переплыть и с русалкою ихней на мечах николи не браниться.
Я так понял, что на польском наша милая старушка говорит весьма условно, но главное, что её хоть как-то понимают.
– Пани едет с камрадами з Бресту?"
"– Не, я-то з миста Лукошкино, – храбро закрутила бабка. – Ми все ест милиция, полиция, органы по службе, кавалерия, шаблюки имеем. Так что, шановний пан офицер, за Бога рубиться или Матке Боске молиться?
Пограничный поляк на наших глазах несколько подзавис.
– То вы з Руси? Не з Бресту?
– А в чём проблема-то?
– Они там все едят… как-то хуморно, а… кор-то-пфэль! – пошутил он.
– И чё тут смешного-то, а? Сей же час обоснуй мне, морда твоя нахальная! Я ить тут жила в лесах, я за белорусов могу и коленом под зад заехать, и бритвою полоснуть…
Бедный шляхтич, или как их там называют, спал с лица.