Теперь уже безвредного, — усмехнулся он.
Я опрометью бросился к радиостанции БМП, чтобы доложить о пойманной птице столь высокого полёта. Через пять минут из штаба батальона сообщили, чтобы я доставил генерала на хутор Денисово, откуда его доставят в Дисну, как только городок будет окончательно освобождён от немцев."
"— Вам сейчас не до его охраны будет: фашисты развернули артиллерию и лупят по захваченной нами окраине. Но это — фиг с ним. Батальону поставлена задача переправиться через Дисну и не допустить подхода подкрепления с юга.
Роту, форсировавшую реку прямо на окраине Николаево (без танковой роты, разумеется) я догнал уже в районе хутора Черепы.
А потом мы заняли позиции около Остревичей, но не подкрепление отбивали, а больше перехватывали фрицев, драпающих из городка. Часа два. После чего с юго-востока на нас попёр настоящий вал эсэсовцев.
Капитан Сергей Николаев, 9 июля 1941 г., 17:20, неподалёку от Столицы
Нет, я оказался не под Москвой и даже не около Минска. Столица — это деревушка в Шарковщинском районе.
Был трудный бой. Всё нынче, как спросонку,
И только не могу себе простить:
Из тысяч лиц узнал бы я мальчонку,
Но как зовут, забыл его спросить.
Лет десяти-двенадцати. Бедовый,
Из тех, что главарями у детей,
Из тех, что в городишках прифронтовых
Встречают нас как дорогих гостей.
Машину обступают на стоянках,
Таскать им воду вёдрами — не труд,
Приносят мыло с полотенцем к танку
И сливы недозрелые суют…
Шёл бой за улицу. Огонь врага был страшен,
Мы прорывались к площади вперёд.
А он гвоздит — не выглянуть из башен, —
И чёрт его поймёт, откуда бьёт.
Тут угадай-ка, за каким домишкой
Он примостился: столько всяких дыр.
И вдруг к машине подбежал парнишка:
— Товарищ командир, товарищ командир!
Я знаю, где их пушка. Я разведал…
Я подползал, они вон там, в саду…
— Да где же, где?.
На танке с вами. Прямо приведу.
Что ж, бой не ждёт. — Влезай сюда, дружище! —
И вот мы катим к месту вчетвером.
Стоит парнишка — мины, пули свищут,
И только рубашонка пузырём.
Подъехали. — Вот здесь. — И с разворота
Заходим в тыл и полный газ даём.
И эту пушку, заодно с расчётом,
Мы вмяли в рыхлый, жирный чернозём.
Я вытер пот. Душила гарь и копоть:
От дома к дому шёл большой пожар.