Там, где в паре километров дорога идёт прямо по краю приречной террасы, высадили разведгруппу. Спустя пару часов она докладывала, что деревушка Привалки занята немцами, переправившимися на надувных лодках. Там-то, быстро отловив и допросив «языка», и выяснили, что это егеря 161-й лёгкой пехотной дивизии, продравшиеся к Неману лесными дорожками. Кто переправился в Гоже, пленный не знал.
Пока на правом берегу обосновалось около полутора батальонов егерей, но постепенно подходят всё новые и новые силы, которые переправляют на лодках.
Радовало то, что ни «дверные колотушки», как сами немецкие солдаты называли 37-мм противотанковые пушки (тем не менее, представляющие реальную опасность и для БМП, и, тем более, для БТР), ни короткоствольные 75-мм «полковушки», ни 20-мм зенитки фрицы переправить не успели. Только стрелковка, включая скорострельные пулемёты МГ-34, не способные пробить нашу броню.
Удар нанесли ещё засветло с двух направлений. Головной Т-72, едва выполз на прямой участок дороги перед самопальной баррикадой, шарахнул по ней 125-мм фугасным снарядом, а потом повторил по второй, перегораживающей шлях южнее.
Основной танк Т-72
В это время по заливным лугам поймы, прикрываясь деревьями, растущими вдоль совсем уж заросших стариц, с севера на деревню двинулось 30 БМП-2 и 20 БТР-70 (одну роту первого батальона оставили прикрывать артиллерию и штаб полка).
Немцы, хоть и засуетились после стрельбы из танковых орудий, но вполне можно сказать, что мы их застали врасплох. Когда по броне катящейся с неумолимостью парового катка стальной армады защёлкали винтовочные пули, кто-то в десантном отделении моего БМП-2 с бортовым номером 467 даже захохотал.