Тот почему-то почти размазывался по пространству, красивый такой волновой пакет, изящная структура, в которой он весь, включая все родинки, прыщи и даже трещинку на ногте большого пальца левой ноги.
Звук повторился, на этот раз Мрак услышал слабый треск, словно потревожилась кровля, а потом легкое шуршание, что тоже понятно: каменная плита дала трещину, по ней сыплется песок…
Он в страхе оглянулся на Олега. Какая плита, сказал себе со страхом, какой песок? Что у меня за глюки, неужто я стал такой тонкошкурый? Вот Олег прет, как броненосец, морда ящиком, ничего не слышит, ничего не замечает.
– Да нет здесь ничего, – сказал он себе хрипло. – Нет!
Олег окутался серебром, донесся его равнодушный голос:
– Ты там что, стихи читаешь?.. Я буду долго гнать велосипед?
– Какие стихи, – огрызнулся Мрак. – Я нервный, понимаешь? Я вон слышу…
– Что?
– Да просто слышу! Звуки разные.
Олег бросил хладнокровно:
– Глюки.
– Да я и сам знаю.
Он насторожился, застыл в нелепой позе, словно хотел мизинцами прочистить уши. Из глубин космоса шел низкий, на грани даже их слышимости, долгий нескончаемый звук, похожий на рев огромного морского зверя. Мрак никогда не слышал ничего похожего на этот звук, но почему-то решил, что зверь очень огромный и обязательно морской. Или океанский.
– Что? – спросил он шепотом.
– Лучше бы не слышал, – огрызнулся Олег. – Не пришлось бы придумывать невероятностное объяснение…
– Тогда не придумывай.
– Ну так получи: не знаю!
Мрак хмыкнул:
– А еще умный…
Вся плоть, несмотря на забор из сверхпрочной шкуры, отзывалась тревожной вибрацией, сжималась и замирала в ужасе, как собака страшится грозы, а при первых ударах грома дрожит и готова сорваться с поводка и бежать, бежать в любую сторону, ослепшая и обезумевшая от страха.
Олег постанывал, лицо стало смертельно-белым. Мрак видел, как страх быстро завладевает волхвом, придвинулся к нему вплотную и крепко ухватил за плечо.
– Не трусь, – выдавил он. – Я с тобой.
Олег пытался улыбнуться, получилось бледно. По его телу пробегали искорки, срывались в пространство. Мрак ощутил, что впервые наблюдает зримо, как именно смотрит Олег, да и сам он смотрит сейчас. Уже в этом теле.