С одной стороны известный и довольно влиятельный клан Поляковых, имеющий давние связи с иностранными финансистами и кредитными учреждениями. Многочисленная родня в империи, просто дружественные семейства вроде тех же банкиров Гинцбургов, коммерсантов Рафаловичей и знаменитых чаеторговцев Высоцких. Банки, железные дороги, прочие разнообразные предприятия… А против них всего один, зато очень крупный промышленный и оружейный магнат князь Агренев, в предприятиях которого негласно участвуют своими капиталами многие представители высшего света — в том числе и некоторые члены августейшей Фамилии.
Вот только Сергею Юльевичу совсем не улыбалось спасать за счет казны все поляковские банки (восемь штук только в прямом владении, между прочим!) и прочие разнокалиберные предприятия, от неизбежного разорения и банкротства. Еще меньше Витте радовала возможная паника на русских биржах, и уж совсем не хотелось думать о том, что может случиться с финансами империи вообще, и ее банковской системой в частности.
— Яков Соломонович, Лазарь Соломонович: я самым настоятельным образом рекомендую вам вступить в соглашение с Александром Яковлевичем!..
Упомянутые Витте банкиры после его слов тоскливо оглядели документы перед собой — особенно печально покосившись на укладки с описанием их действительно немалых прегрешений. Если бы не они, так еще бы побарахтались… Внезапно, победитель решил проявить великодушие:
— Господа, если вы до конца этого месяца вернете мне прибор, то я пойду вам навстречу в вопросе компенсаций.
"Посветлев лицами, оба брата одновременно подумали о спичечной фабрике в Персии — которую они по недосмотру отстроили в местности, где лес отродясь не рос. Да и кроме фабрики были у банкиров интересные варианты токсичных для них активов…
— Ваше сиятельство, вы уже неоднократно упоминали некий важный для вас прибор.