"
"— Ага, тебя забыли спросить, ты ещё тут покомандуй. Не хотите делать как сказано, можете уезжать, вас никто не держит.
— Нет, я пойду с вами, — говорю торопливо.
— Ты с ума сошла? — психует подруга. — Вообще не соображаешь? Все, я звоню Сашке! Пусть он нас прибьет обеих, но лучше он, чем обезумевший от горя псих, — шипит мне на ухо, чтобы другие не слышали.
— Прекрати, сейчас же. Брата не вмешивай! — рявкаю на подругу так, что она даже отшатывается.
— Пойдемте, не слушайте мою нервную подругу, — говорю охраннику.
Обхватив себя руками, Лена смотрит нам вслед.
Иду по хрустящему свежевыпавшему снегу за охранником. Щеки щиплет мороз. На улице около десяти градусов, погода чудесная. Вокруг невероятная красота, все в белом покрывале пушистого рыхлого снега. Поселок красивый, высокие заборы, из-за которых виднеются дорогие особняки. Мы идем долго, минут тридцать. Я уже выбиваюсь из сил.
— Устала? — сочувственно говорит охранник. — Потерпи немного, совсем чуть-чуть осталось. Обычно мы на специальной машинке тут рассекаем, для таких дел припасена, а сегодня, как назло, из строя вышла.
— Я не журналистка, — отвечаю глухо.
Не так представляла себе эту встречу.
— Ну вот, пришли, — показывает на особняк из черного камня. Довольно лаконичный стиль, холодный и неприступный.
Охранник нажимает на кнопку домофона.
— Она здесь, — сообщает в прорезавшийся хрипом динамик.
Тяжелая кованая калитка распахивается.
— Ну удачи, девонька. Я тебя тут ждать не буду, замерзну. Сами с хозяином решите, как тебе обратно.
— Я запомнила дорогу, спасибо.
— Ну, с Богом.
Мысленно повторяю эти слова и прохожу в калитку. Она захлопывается за моей спиной с громким металлическим лязгом. Как решетка камеры. Что, возможно, ждет меня в скором времени.
* * *Жизнь меня к такому не готовила. Я росла любимицей родителей, ни в чем не знала отказа. Легко заводила друзей, легко училась, закончила школу с золотой медалью.