Эдипов комплекс

Он старался вспомнить тот момент, когда же с ним случилось то, за что ему сейчас приходится расплачиваться своим спокойствием, – его нарушает другая женщина, о которой он, казалось, забыл, и это было в другой его жизни, и благодаря случаю та его прошлая жизнь заявляет на него права удивительно дерзким образом. На мгновение ему показалось, что он нашел причину его теперешнего положения человека, который сделал выбор в пользу настоящего, но он никак не мог для себя связывать прошлое, голосом Гали заявлявшее о себе, с тем, что они с Лилечкой создали как единственно его устраивающее, и  что он не хочет больше видеть тень прошлого, связанного с Галей, – все это вместе не давало ему возможности существовать спокойно и уверенно.

Он, однажды освободившийся от страхов, его тормозивших, вдруг опять впал в состояние неуверенности, причиной которой был именно страх перед прошлым, напоминающем о себе всякое мгновение неопределенностью и ожиданием чего-то нехорошего.

Он не мог себе сказать, что если бы на месте Лилечки была другая женщина, все было бы по-другому, – тогда нужно было бы с ней расстаться, что было сейчас невозможно, и поэтому эти объяснения не появлялись в его голове из-за невозможности управлять жизнью по своему усмотрению, и он подчинялся сложившимся обстоятельствам, понимая свою полную беззащитность перед ними, осознавая все случившееся как рок, который его преследовал по непонятным для него причинам, пружины которых невозможно обнаружить, пока не случится что-то, что приоткроет завесу над тайным смыслом твоей собственной жизни. "

"А реальная жизнь проходила за бархатными портьерами, приглушающими солнечный свет, находиться на котором постоянно было бы утомительно и невозможно, и Андрей Степанович относил себя к людям тени, полутонов, дождя, полумрака, – тогда в его душе рождались гениальные идеи, которые он воплощал в своих научных поисках.

Он не однажды ловил себя на мысли, что солнце его раздражает, и тогда он уходил к себе в кабинет, где полумрак принимал его уставший мозг, и тогда начиналась для Андрея Степановича его особенная жизнь, жизнь отшельника, схимника, –  тогда буквы складывались в новые  мысли, которые он записывал на белые листки, – стопкой исписанные сверху донизу, они складывались слева от него, и потом он им придавал подобие порядка.